Когда Сильвия была студенткой, у нее случился короткий роман с сокурсником. Он попытался сразу затащить ее в постель, но девушка отказала ему. Тогда он заявил при всех, что Сильвия Уолкер боится близости с мужчиной и вообще фригидна и бесчувственна, как пень. Пытаясь самоутвердиться среди своих сверстников, она познакомилась в ночном клубе с мужчиной и провела с ним ночь. Тот день, когда она поняла, что носит в себе его ребенка, был ужасным. Но малышка умерла, а Сильвия, наученная горьким опытом, больше не стремилась к авантюрам. Прошло несколько лет, и случай вновь свел ее с этим…
Авторы: Беллоу Ирен
одна смотреть нечто подобное. Потом это почти до смерти пугает меня по ночам, — сказала она, подавив зевок, и направилась к двери. — Ну что ж, — сказала она, — пожалуй, пора идти спать. Спокойной ночи!
На загорелом лице Трэвиса в улыбке сверкнули белые зубы:
— Берегитесь, чтобы вас не утащил домовой, Сильвия! Помните: если я вдруг понадоблюсь вам, то моя комната недалеко от вашей!
Она не знала, что разбудило ее среди ночи. Возможно, крик совы, а может быть, ветер, завывающий в голых ветвях? Сильвия лежала на спине в темной спальне и прислушивалась. Тишина. Она закрыла глаза и перевернулась, натягивая пуховое одеяло повыше на плечи. Спи, говорила она себе, еще только три часа утра.
Так прошло несколько минут, и она уже начала засыпать, когда ей в голову пришла неожиданная мысль — утюг. Выключила ли она его? Ее глаза открылись и уставились в темноту. Она попыталась вспомнить. Утюг стоял на подставке, это она помнила, но был ли он выключен? Нет! Она не могла припомнить! А это означало, что ей придется сойти сейчас вниз для того, чтобы проверить и успокоиться. На секунду она прикрыла глаза, надеясь, что беспокойство пройдет само собой, но не выдержала, откинула одеяло и сунула ноги в тапочки.
В доме было совершенно темно. Она осторожно пробиралась по широкому коридору, ориентируясь на единственный слабый отблеск ночника в спальне Джейка, который пробивался из-под закрытой двери. Она не осмелилась зажечь верхний свет, пока не прошла мимо комнаты Трэвиса около лестницы, в ее памяти еще были свежи его слова, которые он сказал ей при расставании.
Когда она почувствовала под ногами лестницу, то пожалела, что на ней нет ее любимого халата на теплой подкладке, который был в стирке, а ночные сорочки были очень красивые, но слишком тонкие для зимы.
Вдруг ей стало страшно: она вспомнила события недавно виденного фильма, в конце концов, разве этот дом не похож на тот, в котором происходили загадочные и кошмарные события? И не ждал ли тот убийца свою жертву на кухне с огромным, страшным ножом в высоко поднятой руке? Сильвию уже захлестывали волны страха, она задыхалась от того, что ее воображение безжалостно возвращало ее к фильму, и она начала включать все светильники, встречавшиеся ей на пути. Если бы ей не казалось, что откуда-то пахнет паленым, то она повернулась бы и убежала.
Перестань! — молча увещевала она себя, когда паника стала овладевать ею, ты просто смешна!
Огромными усилием воли Сильвия заставила себя подойти к двери кухни и одним движением широко распахнуть ее. Ничего! Она уже почти спокойно пересекла большую кухню, было слышно, как снаружи завывает ветер, а сквозь незашторенные окна в дом заглядывала ночь.
Оказалось, что ее опасения не были напрасными: подумать только! Штепсель был в розетке, но, к счастью, ничего не случилось. Сильвия облегченно вздохнула, подошла и выдернула шнур, решив, что раз уж она оказалась здесь, то ей лучше убрать и гладильную доску. Миссис Уайт очень любила порядок, особенно здесь, в своем собственном владении. Ей не понравится, что девушка заходила сюда и оставила прачечные принадлежности в беспорядке.
Вдруг до нее донесся какой-то шум. Сильвия замерла на месте, держа в руках наполовину сложенную гладильную доску, и прислушалась. Вот, опять! Какой-то странный звук исходил от стеклянной панели в двери, ведущей в сад внутреннего дворика.
Волны паники вновь накатились на Сильвию, ее воображение рисовало самые страшные картины. Неужели кто-то пытается пробраться в дом? Наверху много дорогих вещей, стоящих многие тысячи фунтов. Она снова прислушалась. А вдруг это не вор, а какой-нибудь маньяк-убийца? Она глотнула воздуха и почувствовала, как всю ее пронзил острый страх: если это какой-то психопат, то у нее нет никаких шансов на спасение! Какая-то тень промелькнула по замерзшему стеклу дверной панели, а потом потухли все лампочки. Сильвия закричала, уронила гладильную доску, перепрыгнула через нее и, как сумасшедшая, вылетела из кухни. Столкнувшись в темноте с широкой сильной фигурой у лестницы, она издала вопль и бросилась бежать в противоположном направлении.
— Сильвия! Что происходит?!
Это был Трэвис! Разумеется!! Слава богу!!
Девушка повернула обратно и вновь натолкнулась на него, вцепилась в его махровый халат, всхлипывая от пережитого ужаса.
— Там кто-то есть, за домом! Он пытается забраться сюда! Трэвис, пожалуйста, позвоните в полицию!
— Сильвия, успокойся! — сказал тот уверенно, с присущими ему нотками превосходства, которые обычно вызывали в девушке такое раздражение. Какой-то момент он
