Невинная красавица Эмма Ланголет совершила убийство, защищая свою честь. Однако, к ее величайшему изумлению, скандально известный в высшем свете лорд Джеймс Киллоран охотно берет на себя вину и спасает очаровательную преступницу от виселицы. Высокомерного денди привлекает опасность, он порочен и азартен, но, кажется, не собирается продолжать их случайное знакомство. Озадаченная его поведением девушка заинтригована. Эмма верит, что маска светского гуляки скрывает истинное благородство, а сила любви способна вернуть радость жизни мрачному отчаявшемуся сердцу, превратив холодного скептика в пылкого любовника.
Авторы: Энн Стюарт
вас на дуэль!
— Сомневаюсь, — протянул Киллоран, стараясь раззадорить ее еще больше. — Все мои дуэли заканчиваются, как правило, тем, что соперник отправляется на тот свет, и вашим… поклонникам это прекрасно известно. Кто захочет умереть во имя вашей чести, если доподлинно неизвестно, есть ли она у вас вообще?
Барбара побледнела и вскинула руку, намереваясь влепить графу пощечину. При этом пеньюар чуть не соскользнул с ее плеч, и женщина поспешила подхватить его. Словом, все вышло как нельзя лучше. Ударь она Киллорана, и ему тоже пришлось бы дать ей пощечину. Натаниэль, без сомнения, вызвал бы его на дуэль, и веселье закончилось бы, едва успев начаться.
— Ненавижу, — прошипела леди Барбара и повернулась, чтобы уйти, но в этот момент взгляд ее огромных голубых глаз упал на Натаниэля.
Женщина вспыхнула, и это не ускользнуло от внимания Киллорана. Он перевел взгляд на Натаниэля. Так и есть… Хотя его губы оставались сурово поджатыми, глаза смотрели на красавицу с обожанием.
— Леди Барбара, — Киллоран наконец соизволил подняться. — Разрешите представить вам моего гостя. Натаниэль Хепберн — сын моего дальнего родственника. Приехал в Лондон, чтобы увидеть свет и понять его обычаи, — тон его не оставлял никаких сомнений в том, какие именно обычаи он будет растолковывать Натаниэлю, не сводящему с Барбары горящего взора. Та сделала вид, что хочет застегнуть пеньюар, и теперь покраснел уже юноша.
Леди Барбара поменяла манеры мгновенно. Она подошла к Натаниэлю, рукой, на которой сверкали несколько колец с бриллиантами, придерживая на груди пеньюар, а вторую, тоже не обделенную украшениями, протянула ему для поцелуя. За одно из них, кстати, заплатил Киллоран — у него случился крупный выигрыш, а Барбара так хотела новое кольцо…
— Мистер Хепберн! Правильно я вас назвала? — леди Барбара улыбнулась. — Добро пожаловать в Лондон!
Он взял ее руку и поднес к губам. А что ему оставалось делать? Поступить иначе было бы неучтиво.
— Я очень рад знакомству, леди Барбара, — пролепетал юноша, но было видно, что бедняга на самом деле очень рад.
Киллоран хотел было сказать какую-нибудь колкость, но не стал этого делать. Он представил женщину так, как того требовало приличие.
— Это леди Барбара Фицхью, Натаниэль. Мой близкий друг.
Женщина смотрела на его кузена как-то странно, и Киллоран наконец развеселился. Он представил себя большим пауком, плетущим паутину. И в этой паутине сейчас запутаются Барбара и Натаниэль — две мушки. Отличное развлечение!
— Я провожу вас до кареты, леди Барбара. Или вы сначала предпочитаете одеться? Где ваше платье? В моей спальне? А пеньюар вы привезли с собой? Зачем, интересно?.. — он все-таки не удержался от града язвительных вопросов.
Барбара бросила на графа убийственный взгляд и снова обратилась к Натаниэлю:
— Будьте осмотрительны, мистер Хепберн. Не доверяйте этому господину, иначе очень скоро останетесь, как и он, без души. Нет, граф, я приехала к вам прямо в пеньюаре. Хотела сказать вам нечто очень важное, торопилась и забыла одеться.
С этими словами женщина вышла из гостиной. Киллоран последовал за ней. За дверью он на мгновение придержал ее за плечи.
— Вы простудитесь, если будете разгуливать по Лондону в подобном виде, — заметил он неодобрительно.
— Да вам-то что, — фыркнула Барбара.
— Не скажите, — сварливо возразил граф. — Встречи с вами так меня всегда радуют!
Она улыбнулась и облизала губы:
— Я могу порадовать вас еще больше.
— Сомневаюсь, чтобы мой юный гость одобрил это.
Барбара внезапно стала серьезной.
— Зачем он вообще здесь, Джеймс?
— Я ведь сказал, что по доброте душевной принял его в дом. Пообещал отцу мальчика, что введу его сына в свет.
— В жизни не поверю, чтобы вы сделали что-либо по доброте душевной, — прошипела Барбара — Чему хорошему вы можете научить мальчика?
— Ну, не такой уж Натаниэль и мальчик. Годами он постарше вас.
Барбара саркастически улыбнулась.
— Да уж, таких старух, как я, поискать, — горько заметила она. — Отправьте его домой, Джеймс. Пусть в этом мире останется хоть что-то чистое.
— Пусть. Но домой он пока не поедет. Ничто не мешает Натаниэлю остаться чистым и в Лондоне, — Киллоран небрежно погладил женщину по щеке.
Она повела плечами от этой случайной ласки — расчетливый, отработанный жест. Граф улыбнулся, а Барбара повторила:
— Отправьте его домой. Прямо сейчас. А я останусь…
— Ну куда же я его отправлю на ночь глядя? Это негостеприимно, не по-родственному… — граф показал женщине глазами на дверь, около которой уже застыл Джеффрис.
Барбара громко
