Невинная красавица Эмма Ланголет совершила убийство, защищая свою честь. Однако, к ее величайшему изумлению, скандально известный в высшем свете лорд Джеймс Киллоран охотно берет на себя вину и спасает очаровательную преступницу от виселицы. Высокомерного денди привлекает опасность, он порочен и азартен, но, кажется, не собирается продолжать их случайное знакомство. Озадаченная его поведением девушка заинтригована. Эмма верит, что маска светского гуляки скрывает истинное благородство, а сила любви способна вернуть радость жизни мрачному отчаявшемуся сердцу, превратив холодного скептика в пылкого любовника.
Авторы: Энн Стюарт
Солнце над Лондоном еще только собиралось вставать. Снег на улицах начал таять, предвещая приближение весны, но в воздухе ее радостного предчувствия еще не ощущалось. Впрочем, граф Киллоран все равно бы этого не заметил. Сейчас он сидел у камина, вытянув ноги. В руке у него был стакан бренди. Простое ирландское стекло. Он предпочитал именно такую посуду. Нелепо, сентиментально, но факт.
Рассвет был каким-то тусклым и как нельзя лучше соответствовал мрачному настроению Киллорана.
Наверху мирно спала Эмма, разметав по подушке рыжие локоны. Граф снова и снова пытался убедить себя в том, что ему это безразлично, однако что толку обманывать себя самого?..
Он мог спать всего несколько часов в сутки, и те не всегда были спокойными. Ночью к Киллорану возвращалось прошлое. Ему снилось все то, что он давно изгнал из своей жизни. Граф ненавидел эти образы былого, которые обступали его со всех сторон во время сна.
Вчера вечером все сложилось как нельзя лучше. Даже странно, что он не испытывал при этом тех ощущений, на которые можно было надеяться. Реакция Дарнли на появление в его доме Эммы оказалась более чем многообещающей. Если уж на то пошло, сама внешность этой высокой рыжеволосой девушки стала для него залогом успеха, и Киллоран не преминул воспользоваться этим.
Он вспомнил, как рухнул к ногам Эммы Дарнли, и мимолетно улыбнулся. Конечно, ему бы не стоило труда вообще свернуть мерзавцу в эту минуту шею, но сие было бы слишком просто. Правда, пришлось вспомнить о том, что его самообладание уже стало легендой… В то мгновение оно очень понадобилось — холодная, мрачная ненависть, копившаяся на протяжении десяти лет, готова была прорваться наружу. А когда Киллоран увидел, как его злейший враг накинулся на Эмму, ему чуть не изменил рассудок.
Пожалуй, именно это больше всего и обеспокоило графа. Он полагал, что умеет управлять своими чувствами так хорошо, что окружающие думали, будто эти самые чувства ему вообще неведомы, а слабостей у Киллорана нет ни одной. Так оно и было, и единственное, что его еще радовало, — это предвкушение не слишком скучного вечера, проведенного в собственном доме, да мысли о скорой смерти Джаспера Дарнли. А тут вдруг вновь вскипели желания совсем другого рода, и посильнее, чем за все предыдущие годы. Киллорану это решительно не нравилось.
Сейчас он думал о том, что это не нравится и Эмме. В карете, когда они ехали домой, граф явственно ощущал ее враждебность, и сие было крайне возбуждающим. Такими же возбуждающими стали и воспоминания об опере. Сейчас он, как наяву, видел перед собой сияющее от удовольствия лицо Эммы. Киллорану захотелось прикоснуться к ее волосам, прижать девушку к себе, поцеловать. Разумеется, она стала бы сопротивляться, и в этом тоже была своя прелесть.
Интересно и другое: сколько времени потребуется для того, чтобы Эмма поддалась соблазну? Какие звуки слетят с ее прелестных губ в тот момент, когда с нее упадет черное шелковое платье, а следом корсет и все остальное? А после того, как он возьмет ее в порыве страсти?
В том, что ему удастся это сделать, Киллоран не сомневался. Он смог с самого начала заинтриговать Эмму. Да, многие его слова и уж тем более поступки ей не слишком нравятся. Ну так что же? Подобно большинству женщин, она ошибочно решила, что у него еще есть душа, и, если эту фантазию не развеять, рано или поздно она захочет эту душу спасти.
Джеймс Киллоран знал, что спасение такого рода не для него.
Как только Эмма сыграет в этой игре свою роль и с Дарнли будет покончено, он возьмет ее — именно тогда и ни минутой раньше. Он научит девушку любви — обычной и изысканной, превратит в менаду, которая будет во сне и наяву грезить его ласками. После этого ее можно будет отпустить. Со временем ее место займет другая женщина, а вот Эмме никогда уже не встретить мужчину, который сможет заменить ей графа Киллорана.
Он откинулся на спинку кресла и на мгновение прикрыл глаза. Разумеется, это были недостойные мысли, но Киллоран уже давно прислушивался не к мыслям, а к своим желаниям. Сейчас последние сосредоточились на рыжеволосой девушке, мирно спавшей наверху.
В это унылое утро его согревала не она, а пламя камина и бренди. Киллоран слышал, как тихонько потрескивают дрова, и вдруг уловил другой, еще более тихий звук. Кто-то осторожно спускался по лестнице. Спокойствие графа как рукой сняло.
Неужели она опять пытается сбежать?! Что, ему снова вставать с кресла и нестись за ней в сад? Да, Эмма на самом деле нужна ему для осуществления задуманного плана, но если окажется, что тревог от нее больше, чем пользы, от хитроумного замысла придется отказаться и просто проткнуть Дарнли шпагой. Удовольствия от задуманной игры тогда не будет, но он получит
