Невинная красавица Эмма Ланголет совершила убийство, защищая свою честь. Однако, к ее величайшему изумлению, скандально известный в высшем свете лорд Джеймс Киллоран охотно берет на себя вину и спасает очаровательную преступницу от виселицы. Высокомерного денди привлекает опасность, он порочен и азартен, но, кажется, не собирается продолжать их случайное знакомство. Озадаченная его поведением девушка заинтригована. Эмма верит, что маска светского гуляки скрывает истинное благородство, а сила любви способна вернуть радость жизни мрачному отчаявшемуся сердцу, превратив холодного скептика в пылкого любовника.
Авторы: Энн Стюарт
Что касается милосердия, я вообще не знаю, что это такое, — он одним движением снял с ее волос ленту, и локоны свободно рассыпались по плечам. — Ну что? Танцуем или играешь?
Эмма резко встала. Она и сама не могла понять, что ее так рассердило. Киллоран и поведением, и речами стремился доказать ей, что он злодей — всегда и во всем, и у девушки не было оснований не верить этому. И все-таки она надеялась услышать от него хоть одно доброе слово. Глупо, что и говорить.
— Ни то, ни другое, ваша светлость, — она сделала несколько шагов к выходу, стараясь держаться подальше от Киллорана.
Ей уже следовало бы знать его лучше… Мгновение, и рука графа сжала ее запястье.
— Значит, танцуем, — сказал Киллоран так, словно минуту назад она согласилась.
Да, спасения от него нет.
Боли девушка не чувствовала, однако ее рука была словно в тисках. Ей пришлось последовать за Киллораном.
Им никто не играл, никто не напевал мелодию. В зале стояла абсолютная тишина, нарушаемая лишь шелестом платья Эммы. Мерцание свечи наполняло полумрак причудливыми тенями, которые танцевали вместе с ними. Эти призрачные гости парили над их головами, следовали по пятам и подражали каждому их движению.
В ответ на насмешливый поклон Киллорана Эмма склонилась в нарочито торжественном реверансе. Девушка замерла в этом положении, чувствуя, как бешено колотится ее сердце. Без музыки их безмолвный танец казался невероятно, пугающе интимным. Он заставил девушку вспомнить то, что шепотом рассказывала ей старая Герти. О сплетенных в порыве страсти телах и многом другом…
Холодные пальцы Киллорана коснулись ее подбородка. Граф заставил ее поднять голову.
— И танцуешь ты хорошо, — заметил он. — Быстро все поняла.
Как ни странно, в словах его не слышалось привычной насмешки. Киллоран продолжил ее хвалить:
— Природа щедро наделила тебя грацией.
Эмма, все еще в реверансе, смотрела на графа снизу вверх, словно завороженная его пристальным взглядом. А затем, едва ли не против своей воли, она опять склонила голову и прижалась щекой к его руке.
Граф легонько пробежал пальцем по ее губам, и Эмма затрепетала. Было что-то волшебное в этом мгновении: слиянии взглядов, прикосновениях… Девушка замерла в тревожном ожидании. Ей казалось, что сейчас произойдет нечто такое, что изменит в ее жизни все.
Киллоран наклонился к ее лицу. За мгновение до того, как его губы коснулись ее губ, Эмма закрыла глаза. Ее захлестнул поток новых, неизведанных ощущений.
Еще бы мгновение, и она бы просто рухнула — упала на пыльный паркет. Киллоран оторвался от ее губ в тот самый момент, когда поцелуй стал особо страстным, и удержал от падения — в прямом и переносном смысле слова.
— Мой тебе совет, Эмма, — голос графа звучал холодно. — Если будешь флиртовать во время танца, не забывай о равновесии. И от поцелуев лучше воздержаться, пока ты стоишь реверансе.
— Я не знала, что танец заканчивается поцелуем, — в эту минуту она ненавидела Киллорана всем сердцем.
— Иногда это действительно случается. Всегда нужно быть готовой.
С этими словами граф пошел к выходу из зала. Эмма молча смотрела ему вслед. Канделябр он оставил на клавесине, а сам растворился в полумраке коридора с привычной уже Эмме грацией хищного зверя. Девушка вдруг почему-то подумала, что Киллоран торопится убежать от нее, потому что не уверен в своей холодной циничности, однако она сочла это фантазиями.
Ему с ней просто неинтересно.
Эмма коснулась своих губ, все еще хранивших тепло его поцелуя. Что-то сжалось у нее в груди — странное ощущение, не имевшее ничего общего с тем, что корсет платья сразу показался ей излишне жестким. Нет, граф Киллоран не может заинтересоваться такой девушкой, как она.
А вот он вполне может стать причиной ее гибели.
Когда Киллоран вышел из бального зала, поблизости не было никого из слуг, и графа сие порадовало. Окажись сейчас кто-нибудь на его пути, и он мог бы сорваться.
бравшись наконец до своей спальни, Киллоран с изумлением понял, что его все еще сотрясает нервная дрожь. Что за нелепость! К желанию отомстить Джасперу Дарнли теперь соединилась страсть к этой рыжеволосой девице, и он сам затрудняется ответить на вопрос, какое из этих двух чувств сильнее.
Ну с какой стати он поцеловал Эмму? Киллоран уже и не помнил, когда в последний раз его губы касались других губ. Ласки такого рода давно стали ему чужды. Но эта девушка смотрела на него так доверчиво, так явно ему сочувствовала, что неизвестно откуда на него нахлынули, казалось бы, давно забытые эмоции и желания, далекие от плотских. Разум его умолк, и тело молчало….
Тем не менее, ощутив тепло
