Невинная красавица Эмма Ланголет совершила убийство, защищая свою честь. Однако, к ее величайшему изумлению, скандально известный в высшем свете лорд Джеймс Киллоран охотно берет на себя вину и спасает очаровательную преступницу от виселицы. Высокомерного денди привлекает опасность, он порочен и азартен, но, кажется, не собирается продолжать их случайное знакомство. Озадаченная его поведением девушка заинтригована. Эмма верит, что маска светского гуляки скрывает истинное благородство, а сила любви способна вернуть радость жизни мрачному отчаявшемуся сердцу, превратив холодного скептика в пылкого любовника.
Авторы: Энн Стюарт
вызов…
Киллоран что-то достал из кармана и обошел девушку со спины. Через мгновение он отвел ее волосы назад, застегнул на шее колье, на сей раз жемчужное, и залюбовался тем, как подчеркнул жемчуг теплый тон ее бело-розовой кожи. Граф воздержался от искушения погладить эту нежную шею, коснуться губами царапин на ней. И ему вдруг тоже захотелось сбежать, запереться в своей спальне и немедленно выпить бренди. Конечно, он остался стоять, где стоял. Бренди его дождется.
Киллоран отступил немного назад и изобразил вежливую полуулыбку.
— Чудесно, — он прикрыл глаза. — Сегодня мы ужинаем в одном гостеприимном доме, а потом там будет небольшой музыкальный вечер. Гостей немного — около ста человек. Конечно, все они из числа тех, кого называют сливками общества.
— Неужели все? — Эмма ответила точно такой же полуулыбкой — ее спокойствие возрастало пропорционально тому расстоянию, на которое удалялся от нее Киллоран.
— Тебя удивляет, что туда приглашен я?
— Нет, — было видно, что этот вопрос девушку озадачил.
— У меня ведь есть титул, не забывай об этом, детка. Я граф. Пусть ирландский, но все- таки граф. К тому же леди Селдейн, хозяйка дома, питает ко мне слабость, а богатство этой женщины позволяет ей делать то, что непозволительно многим другим. Она хотела меня пригласить на столь изысканный прием и пригласила. Тем более что у леди Селдейн теперь есть и особый интерес. Ты, как моя кузина, тоже получила приглашение.
Киллоран ожидал, что Эмма снова упрямо заявит, что она ему не кузина, и был едва ли не разочарован, когда она этого не сделала.
А вот на его руку девушка опереться не спешила. Эмме явно не хотелось прикасаться к нему. Киллоран счел это весьма многообещающим.
Эмма чувствовала себя очень скованно. Сегодня она опять была в центре всеобщего внимания. За столом кто-то разглядывал ее искоса, а кто-то чуть не в упор. При этом два-три слова ей сказали очень немногие. Киллоран сидел очень близко к ней, часто прикасаясь плечом, и это нервировало Эмму. Она понимала, что граф ее компрометирует.
После ужина все пошло еще хуже. Музыкальный вечер показался ей ужасным: тенор фальшивил, сопрано не успевала за баритоном… Эмма с Киллораном сидели словно на острове, все места вокруг них пустовали. Девушка страдала и от этого, и от мысли, что Киллоран наверняка привел ее сюда, преследуя определенную цель. Радовало ее одно — здесь не было лорда Дарнли. Остальное — завуалированная враждебность и открытое любопытство гостей леди Селдейн — радовать не могло.
Очередная фальшивая нота заставила Эмму поморщиться. Киллоран усмехнулся — так, во всяком случае, ей послышалось.
— Те, кого пригласила леди Селдейн, не оправдывают твоих надежд, это видно, — прошептал граф, почти касаясь губами ее уха. — Может быть, споешь сама?
— Нет! — Эмма чуть сознание не потеряла от такого предложения.
— Наверное, правильно. Сие шокирует общество еще больше, чем то, что мы сидим сейчас так близко друг к другу, — с этими словами Киллоран придвинулся к ней еще ближе, так что его губы скользнули по ее щеке.
По залу пронесся возмущенный вздох.
Граф делал это намеренно, ибо мало что доставляло ему такое удовольствие, как возможность эпатировать общество. Небрежным движением он убрал с шеи Эммы рыжие локоны, так что со стороны могло показаться, будто он ласкает девушку. Свое кресло он еще в начале вечера вплотную придвинул к тому, на котором сидела Эмма, и теперь она чувствовала прикосновение его ноги, а все остальные его видели.
— Перестаньте, — прошипела она, изо всех сил стараясь сохранить невозмутимое выражение лица. — Что подумают люди?
— Они подумают то, что мне нужно, детка, — ответил Киллоран. — На это я, собственно, и рассчитывал.
Эмма попыталась отодвинуться подальше, но граф под прикрытием пышной юбки зацепил туфлей ножку ее кресла. Теперь она оказалась словно прикованной к Киллорану. В зале громко играла музыка, соловьем заливалась сопрано, а Эмма Ланголет вдруг поняла, что готова разрыдаться.
— Вы ведь говорили, что ваша мишень — лорд Дарнли… — едва сдерживая слезы, прошептала она. — А этого человека здесь нет…
— Это не имеет значения. Дарнли все передадут. Не упустят ни одну подробность.
Пальцы его вновь скользнули по шее Эммы, и зал опять возмущенно вздохнул. Руки у Киллорана сильные, девушка уже прекрасно знала это, но в его прикосновениях не было ничего грубого. Они мучили Эмму, изводили ее, вгоняли в краску… но были сладостны.
Уж лучше бы наоборот! Боль бы она перетерпела. На грубость не обратила бы внимания. Но ощущать сию уверенную ласку, чувствовать на себе нежные взгляды Киллорана и знать, что все это
