Но не очень долго.
А дальше… Дальше я подумала, что ни в одной книге, ни в одном фильме не показывали столько эмоций, сколько испытала я в этот вечер. Подарил он мне букет, я предусмотрительно сообщила, что ненавижу розы и упаковку, в которую заворачивают букеты. В итоге Ванька притащил из цветочного ларька охапку цветов разного окраса и сорта! Со словами:
— Выбери, какие тебе нравятся, — сунул мне их в руки. Вот вы читаете и думаете: » Фу-у-у, как не романтично». Послушайте меня, когда вы к мужчине испытываете хотя бы чувство влюбленности — вам будет нравиться в нем абсолютно все! И мне нравилось абсолютно все! И суши-бар, и дядька толстый за соседним столиком, и добрая официантка с макияжем в стиле индейского боевого раскраса, но больше всего и всех, мне нравился Ванька. Причем мы с ним даже не ругались! Ни разу за весь вечер! Ну, то, что мы огрызаемся периодически — это просто дань нашим долгим отношениям. Но во время наших, так называемых споров, Ванька целовал меня, я целовала его, мы обнимались, потом ели мороженое и домой совсем не хотелось, я была довольная, как таракан.
— Катька, я не могу больше просто целоваться, поняла? Мне же не 15 лет…
— А в 15 лет ты мог просто целоваться? А во сколько лет у тебя был первый раз…
— КАТЯ!
— Что? — я невинно посмотрела на него.
— Этого я тебе не скажу!
— Почему???
— Отстань!
— Ну, почему?
— Не уходи от темы разговора.
— От какой еще?
— От такой, что я не могу больше целоваться просто так… Я хочу, — мой бабуин призадумался, — кое-чего еще…
— Я вас не очень понимаю, мой дорогой сосед, может вы устали и нам пора по домам?
— Точно! Поехали!
— А что это ты так быстро согласился? Говори, чего задумал?
— Ничего!
— Ну-ну…
Нам принесли счет, Ванька расплатился, и мы поехали домой. В лифте мы целовались, как сумасшедшие. Потом он потащил меня в сторону своей квартиры.
— Эй-эй, я вообще-то напротив живу!
— Ты не поверишь, но я знаю! — он довольно улыбался, — пошли ко мне зайдем ненадолго!
Мы зашли. Там было тихо и темно! Ах, засранец, родителей нет дома! Ванька включил свет и стал снова меня целовать.
— Ну-ка подожди-подожди, ты знал, что родителей не будет?
— Знал, но забыл, вспомнил, когда ты предложила поехать домой!
— Ага, как же!
— Кать, если б я заранее строил планы по твоему совращению, то не стал бы ждать, когда уйдут родители, мне же не…
— 15 лет!
— Да! Я бы номер в гостинице снял!
— А чего ж не снял?
— Да потому что и в планах не было ничего такого в… в первый же день…
— На первом же свидании ты хотел сказать?
— Вот именно! Ты просто сама виновата, лезешь ко мне постоянно целоваться, распускаешь тут руки, — говорил Ванька, прислонившись к стене, причем с таким видом, будто я его достала своим вниманием, будто он сам ко мне не пристает весь вечер.
— Ах, ты засранец! Да я тебе…, — я прыгала, пытаясь дать ему подзатыльник, он хохотал. Потом перехватил мои руки, обнял и спросил:
— Ну что, Катюш? Будем пить чай, проводить тебя домой или пойдем в мою комнату?
Я сделала вид, что думаю, хотя еще в суши-баре надеялась, что Ванька додумается организовать… кхм…место…ну, понятно…
— Ну, ла-а-адно, так уж и быть! Пошли к тебе!
Обезьянка довольно заурчал и понес меня в свою комнату…
Мы валялись на кровати в комнате Ваньки. Я уже минут 10 пыталась уйти домой, но он меня не отпускал.
— Вот блин! — я резко подскочила на кровати, — я же цветы в машине забыла!
— Фу, ты что пугаешь? — Ванька подскочил тоже после моего вопля. У него зазвонил мобильник. Он быстро нажал отбой.
— Ладно, пойдем, провожу тебя до квартиры и схожу за цветами…
— Ты что? Ты представляешь реакцию мама, когда она увидит, что ты даришь мне цветы?
— Нет, если честно, а что будет?
— А то! Она завтра пойдет платье выбирать. Мне. На свадьбу. На мою. С тобой. Ты — жених.
Ванька захохотал.
— Ну, если ты боишься ее реакции…
— Я боюсь? Я ЗА ТЕБЯ боюсь! А вдруг твоя психика не выдержит такого натиска от моей мамы?
— Моя психика выдержит, пошли уже.
Чего это он так торопится? То не отпускал меня, то усиленно пытается проводить меня, а все телефонный звонок. Кто это звонил? Если честно, то меня посещала только одна мысль — Даша. Я чувствовала, как начинаю беситься от одной только мысли о том, что он пытается меня выставить, чтобы поговорить с ней. Тем более после такого… ну, вы понимаете… Я же не могу, как Бертрис Смол или Джоанна Линдсей описывать