Десять лет назад их объединил случай, ее беда и чужая жадность. А разъединяла целая жизнь. Два человека из разных миров: Вячеслав Боруцкий — бандит, заправляющий криминалом города, и Агния Сотенко — сирота, собирающаяся стать оперной певицей. Они нашли друг в друге то, чего никто из них не искал и не мог предположить. А спустя несколько лет — потеряли столько, что не каждый сможет вынести.Можно ли забыть о боли и собственной вине? Можно ли исправить чужое зло, переломившее жизнь на двое? И можно ли победить в себе зависимость, которую никогда и не думал начинать?Кто-то бы сдался и опустил руки, но эти двое слишком упрямы, чтобы хотя бы не попробовать…
Авторы: Горовая Ольга Вадимовна
из квартиры.
— О, привет! Ты куда так торопишься?
Уже на лестнице Агния столкнулась с Леной, отпирающей дверь своей квартиры.
— Так, по делам, — она мимоходом улыбнулась соседке. — Надо мне.
— Ну, смотри. — Лена улыбнулась. — Если успеешь перед работой, заходи, чаю попьем.
— Вряд ли, но я посмотрю. — Кивнула Агния и побежала дальше.
Они трижды пили чай с Леной. Два раза у Агнии и одни раз у соседки. Болтали о каких-то мелочах, обсуждали музыку и право. Каждая из них пыталась посвятить другую в тонкости своего пристрастия. Но сейчас ей было совсем не до чая и не до конфет.
Даже не подумав о маршрутке, Агния пешком пробежала пять кварталов, не обращая внимания на такой уже привычный мелкий дождь.
И остановилась, чтобы перевести дыхание только тогда, когда влетела в двор церкви, которую старалась посещать каждое воскресенье. Тот был совсем пустым. Да и основной вход оказался закрыт. Впрочем, Агния знала, что боковая дверь всегда днем открыта.
Перекрестившись и поклонившись у входа, она натянула на волосы платок, который вместе с деньгами прихватила дома, и вошла в церковь. Пожилая женщина, продающая в холле свечи, иконы, наборы для крещения, вопросительно глянула в ее сторону.
— Здравствуйте, — тихо поздоровалась Агния, подойдя к ней. — А можно заказать молитву о прощении грехов?
— Конечно. — Устало кивнула женщина. Осмотрела ее. — Вот, на стене висит список того, за что можно заказать молитву, и о грехах, и за здравие, и за упокой…
Агния даже не глянула в ту сторону. За упокой родных она только пятнадцать дней назад сорокоуст заказывала. Сейчас ее интересовало не это.
— Я хотела бы, чтобы помолились о прощении грехов.
— Хорошо, — женщина улыбнулась, еще раз глянула на Агнию, кажется, решив, что ее грехи не так и сложно отмолить. — Скажи мне свое имя. — Женщина взяла карандаш, приготовившись записать.
— Это не мне. — Агния неуверенно переступила с ноги на ногу. — Вячеслав. За Вячеслава молитву.
— Хорошо. — Женщина записала и еще раз кивнула. — Двадцать гривен.
— Нет. Вот. За все эти деньги. — Агния достала из кармана все принесенные купюры. — Пожалуйста, чтобы за него молились каждый день. На сколько хватит.
— Здесь больше тысячи. — Женщина удивилась, начав пересчитывать. — Ты уверена?
— Полторы. — Агния кивнула. — Да. Уверена. Пожалуйста.
Женщина нахмурилась.
— Но…
— Извините. Мне надо идти. — Боясь, как бы ей не отказали, она отвернулась и быстро пошла прочь.
Она и сама за него каждый день молилась. Раньше просто, чтоб все хорошо было, и с благодарностью. Теперь будет просить и о прощении для Вячеслава Генриховича. Но что одна ее молитва. Тут, кажется, гораздо больше надо…
— Девушка! — Попыталась окликнуть ее женщина.
Но Агния так и не обернулась. Еще раз перекрестилась на выходе и, покинув помещение, вышла во двор.
Да так и осталась стоять, зачем-то рассматривая проезжающие мимо машины. И не заметила, как простояла сорок минут, и что уже темнеть начало. И ей пора идти в ресторан. Наверное, до самой темноты бы стояла, если бы ее телефон не начал звонить.
— Агния, ну ты где? Я тут в двери тарабаню. Уже соседка твоя вышла. — Похоже, Вова пребывал в недоумении.
— Я не дома. Тут, не очень далеко. В церкви. — Агния только сейчас спохватилась, обратив внимание на время и сгущающиеся сумерки.
— А че ты там забыла? — Искренне удивился Вова.
— Так, ничего. Захотелось зайти. — Увильнула она от ответа. — Давай, я пойду тебе навстречу, ты налево поверни, как из двора выйдешь.
— Ну уж нет, стой на месте. Меня Вячеслав Генрихович живьем закопает, если с тобой что-то случится. Стой, где стоишь, я сейчас подойду. — Велел Вова и отключился.
Она открыла глаза и попыталась понять, что ее окружает. Слабый свет из окна еще не резал глаза, но уже позволял рассмотреть все вокруг. И жарко. Уже было жарко. Но Агния даже радовалась. Когда вокруг было тепло и ей становилось легче. Уходил озноб. Уже не тот, реальный, а другой, словно живущий внутри нее.
Она чувствовала себя безумно уставшей. Настолько, что и пошевелить рукой казалось непосильной задачей. Даже голову повернуть было так тяжело. И нельзя сказать, что она продолжала ощущать ту боль, что мучила тело Агнии первые дни. Нет. Но казалось, будто
