Любовь викинга

Меня может не оказаться поблизости в следующий раз, когда нужно будет вытаскивать тебя из передряги. Или же… – она сделала паузу, чтобы подчеркнуть важность своих слов, – мне может стать все равно, и я не захочу спасать твою шкуру.
Гордо подняв голову, Рейна пошла к дому, ощущая дрожь в ногах и головокружение после поцелуя Вульфа. Вернувшись в дом, она почувствовала себя увереннее. Это она теперь хозяйка, а Вульф – ее раб. И она хочет, чтобы он, прежде чем вернется на родину, испытал на себе то, что испытала она – как душа задыхается в неволе.
Рейна присоединилась к родителям и братьям, собравшимся у очага, и стала исподтишка наблюдать за Вульфом, который сделал несколько ходок к колодцу. Когда бочка наполнилась, он посмотрел на Рейну. Та указала на скамью, и он занял свое прежнее место. Вскоре к нему присоединилась рабыня по имени Галея. Рейна пристально наблюдала за ними, прекрасно зная, как женщины реагируют на вызывающую мужественность Вульфа. Она не удивилась, увидев, что Галея и Вульф склонили друг к другу головы, увлекшись беседой.
Вульф бросил быстрый взгляд на Рейну. Встретив ее взгляд, он широко улыбнулся ей и вернулся к разговору с Галеей.
– Как у вас появилась Галея? – спросила Рейна отца.
– Я купил ее в Рике, после того как твои братья вернулись из Византии. Благодаря успешной торговле нам удалось вернуть себе подобие былого благополучия. Вторую рабыню зовут Алиса, она англичанка. Мы купили их на одном рынке.
– Галея – настоящая красавица, – отметил Даг, глядя на норвежку с вожделением.
Борг рассмеялся.
– Похоже, Вульф Безжалостный с тобой согласен. Лучше бы занять его чем-то, а то наши рабыни чересчур им увлеклись.
– Возьмите его завтра с собой в лес рубить дрова, – предложил Гаральд. – Он наш единственный раб мужского пола, и его услуги очень пригодятся во время подготовки хутора к зиме.
Члены семьи один за другим удалились в свои альковы, и Рейна осталась сидеть в одиночестве, задумчиво глядя на огонь. Две рабыни достали из сундука волчьи шкуры и устроились на широких скамьях, стоявших вдоль стены. Вульф задержался посмотреть, что будет делать Рейна. Он не сводил с нее глаз, а она встала и зажгла лучину от пламени очага. Затем она сняла с крючка свой плащ, подошла к Вульфу и приказала: «Следуй за мной».
Вульф вышел за ней во двор. Она направилась к маленькой хижине, открыла дверь и вошла внутрь. Вульф вошел вслед за ней.
– Это кладовая. Мы с мамой раньше готовили здесь лекарства. Во время набега она была разрушена почти до основания, но затем ее отстроили заново. Однако нужно еще потрудиться, прежде чем я снова смогу пользоваться ею. – Она указала лучиной на маленький очаг. – Можешь для начала принести сюда немного дров, из тех, которые ты соберешь завтра, сложи их рядом с очагом. Еще нужно починить стол, а вдоль стен следует натянуть веревки, чтобы я могла высушить травы, которые соберу.
Вульф указал ей на несколько волчьих шкур, сложенных на столе.
– А с ними мне что делать?
– Оставь их, они могут мне пригодиться. Утром ты отправишься заготавливать дрова с моими братьями, а после полудня можешь поработать здесь. Я сообщу братьям о том, что ты нужен мне в кладовой.
Вульф окинул помещение критическим взглядом. Удастся ли ему убедить Рейну позволить ему ночевать здесь? Он предпочел бы спать на убогом ложе из шкур, чем в битком набитом доме. Ему было необходимо иметь возможность уединиться.
– Вульф, ты меня слышишь?
– Да, я все слышал, – пробормотал Вульф. – Надеюсь, ты не ждешь, что я стану кланяться тебе, госпожа, – последнее слово он произнес с иронией.
Рейна пристально посмотрела на него.
– Ярмо рабства – не такая уж легкая ноша для гордого человека, не так ли, Вульф Безжалостный? Подозреваю, неволя так же унизительна для тебя, как и для меня. Я не жду, что ты станешь мне кланяться, но ты должен выполнять мои указания.
– Я наведу порядок в твоей кладовой и сделаю это охотно, если ты мне кое-что позволишь.
Рейна подозрительно покосилась на него.
– Ты только что приехал, и уже просишь о поблажках?
– А сколько времени прошло после твоего появления у нас, прежде чем ты стала себе кое-что позволять – обедать, когда вздумается, просить оставить тебе серебряный пояс?
Он был прав.
– И чего же ты хочешь?
– Твоего разрешения спать здесь, а не на скамье в доме.
– Но почему?
– Я построил себе отдельный дом потому, что мне нужно иногда побыть одному. И если я буду проводить ночи в кладовой, я найду здесь уединение, которого ищу.
– Но ведь ты раб.
Его крутой нрав тут же дал о себе знать.
– Я себя рабом не считаю.
– Я тоже не считала себя рабыней. И откуда мне знать, может, ты попытаешься