Мужественный и страстный викинг ожесточился после гибели жены и больше не хочет впускать в свое сердце любовь. Но однажды брат дарит ему рабыню, прекрасную датчанку, которая разжигает в нем пламя страсти. Однако эта девушка не только не желает стать его наложницей, но и винит во всех своих несчастьях. Смогут ли два строптивца найти дорогу к сердцам друг друга?
Авторы: Мейсон Конни
Олаф.
– Неужели тебе нечего сказать мне – и это после того, как я проделал такой долгий путь, чтобы спасти твою никуда не годную шкуру? – обиделся Олаф.
– Поверить не могу, что ты здесь.
Наконец они разжали объятия и стали просто смотреть друг на друга.
– Хорошо выглядишь, – заметил Олаф. – Должно быть, плен пошел тебе на пользу.
Рейна оправилась от изумления и подошла к ним.
– Вульф больше не пленник. Моя семья собиралась вернуть его домой весной.
Брови Олафа поползли вверх.
– И как так вышло?
– Вульф защитил наш хутор от захватчиков. Его мужество побудило нас дать ему свободу и новое имя. Теперь его зовут Вульф Защитник.
– Ты, я смотрю, преуспел здесь, брат! – радостно воскликнул Олаф.
– В то время как ты, – с укором произнес Вульф, – рисковал своей жизнью и жизнями наших друзей, чтобы пересечь море в такое коварное время года.
Олаф пожал плечами.
– Плыть должен был либо я, либо Хагар, а он нужнее дома. И я ушел, прежде чем брат успел остановить меня. Один из нас обязан был тебя спасти, и я решил, что лучше это сделать мне.
Вульф насторожился.
– Дома что-то случилось? Что именно?
Олаф посмотрел на него, но затем отвел глаза.
– Мама заболела. – Он перевел взгляд на Рейну. – В нашей земле нет таких лекарей, как Рейна.
– Что случилось с Торой? – обеспокоено спросила Рейна.
– Мы не знаем. Она все время кашляет, ослабела и стала безразличной. Я надеялся спасти тебя и взять с собой Рейну.
Рейна напряглась.
– И как ты собирался убедить меня вернуться на ваш хутор?
Олаф густо покраснел.
– Я был готов применить силу, если бы понадобилось.
– Этим ты ничего бы не добился, Олаф. Я снова со своей семьей, после такой долгой разлуки, по своей воле я бы с тобой не пошла, а мои братья дрались бы до конца, но не позволили бы угнать меня в рабство.
Олаф вздохнул.
– Я так и думал, но попробовать стоило.
Рейна подняла глаза к небу: ей на лоб упала снежинка. Небо потемнело, и ветер усилился.
– Приближается буря. Нужно возвращаться на хутор. Моя семья предоставит кров и пищу тебе и твоим воинам, пока погода не позволит вам вернуться домой.
– Откуда ты знал, где меня искать? – спросил Вульф. – Мало ли кто мог меня похитить!
– Мы везде тебя искали. Если бы кто-то из крестьян не заметил, что во фьорд заходил корабль датчан, мы бы ни о чем не догадались. Я не был уверен в том, что мы на правильном пути, пока не увидел Рейну.
– Твой драккар в безопасности? – спросил его Вульф. – Нам он еще понадобится, если мы хотим пересечь море.
– Мы нашли для него место в близлежащем фьорде. К счастью, он не замерз. Сначала мы заглянули в деревню и попросили рассказать нам, как добраться до хутора ярла Гаральда. Мы дали всем понять, что прибыли с добрыми намерениями. Занятия торговлей пошли нам на пользу – мы говорим по-датски достаточно хорошо, чтобы нас поняли.
– Ты и твои люди, следуйте за мной, – распорядилась Рейна. – Погода портится.
Все то время, пока они говорили, Рагнар просто стоял рядом и слушал. Но теперь он спросил, нахмурившись:
– Ты уверена, что хочешь отвести этих воинов-норвежцев в свой дом, Рейна?
– Я ручаюсь за брата и его команду, – бросил Вульф. – Мы не кусаем руку кормящего.
– Ты веришь слову норвежца, Рейна? – продолжал Рагнар, игнорируя слова Вульфа.
Рейна посмотрела на Вульфа, и он не стал прятать глаза.
– Я доверяю Вульфу. Если он клянется, что неприятностей не будет, я ему верю.
– Тогда мне лучше вернуться на свой хутор, пока погода окончательно не испортилась, – заявил Рагнар.
Он развернулся и зашагал прочь.
– Нам тоже пора идти, – сказала Рейна, заметив, что ветер уже закручивает снег вокруг них. – Если начнется настоящая вьюга, нам будет очень трудно отыскать дорогу домой.
Придерживая капюшон плаща руками в варежках, Рейна брела по снегу по направлению к хутору. Вульф шел по ее следам, а за ним следовали Олаф и остальные.
К тому моменту, когда они достигли хутора, сквозь толстую пелену снега дом уже почти нельзя было разглядеть. Рук и ног Рейна не чувствовала, а нос у нее покраснел. Она подвела всю большую группу мужчин к передней двери, открыла ее и сделала всем знак входить.
Когда в дом вошли больше десятка норвежцев, находившиеся в помещении члены семьи замерли на месте. Гаральд, Даг и Борг потянулись за мечами. Норвежцы оглянулись на Вульфа, ожидая указаний.
– Стойте! – воскликнул Вульф, делая шаг вперед. – Мои соотечественники не представляют угрозы для тебя, ярл Гаральд, – он вытолкнул вперед Олафа. – Этот бесстрашный дурак – мой брат Олаф. Он рискнул пересечь море, чтобы спасти
