Любовь викинга

меня. Остальные норвежцы, не менее глупые, слепо последовали за моим братом навстречу опасности. Мы не желаем тебе зла. Но раз уж они все равно здесь, они хотели бы воспользоваться твоим гостеприимством, пока погода не улучшится настолько, что мы сможем вернуться домой.
Гаральд сделал несколько шагов вперед, чтобы поприветствовать неожиданных гостей.
– Вынужден согласиться с Вульфом Защитником. Вы и правда глупцы, поступили неосмотрительно – понапрасну рисковали жизнью. Мы бы сами вернули Вульфа домой, как только это позволила бы погода. Но я приглашаю вас всех остаться у нас, пока вы не сможете вновь совершить путешествие через море, к себе на родину. Олаф может жить в кладовой вместе с Вульфом, а остальные пусть устраиваются на скамьях и на полу. Волчьих шкур у нас хватает, и с избытком. – Он повернулся к Майде, которая подошла и стала рядом с ним. – Что касается продуктов, то пусть моя жена скажет, хватит ли наших запасов на зиму, чтобы прокормить всю честную компанию.
– У нас более чем достаточно еды, муж мой, – заверила его Майда. – Урожай в этом году был хороший, а когда закончится мясо, норвежцы отправятся на охоту.
– Благодарю, – сказал Олаф. – Я счастлив, что мой брат доказал, что достоин свободы, поскольку он очень нужен нам дома. Наша мать заболела, и основная причина этого – беспокойство о пропавшем Вульфе.
Рейна отвела глаза. Она чувствовала себя виноватой из-за того, что отказалась вернуться и лечить Тору, но дом ее все-таки здесь, и здесь она намерена остаться.
Норвежцы сгрудились вокруг очага, чтобы согреться, а потом сели за стол, намереваясь поесть вволю, особенно горячей пищи, которой они не видели с тех самых пор, как покинули дом. Потом один из норвежцев, талантливый рассказчик, очаровал всех сагами о битвах пращуров. Уже полностью стемнело, когда гостям раздали волчьи шкуры, и Вульф с Олафом направились в кладовую.
– Как так вышло, что тебе выделили отдельную хижину? – спросил Олаф, когда они вошли в маленькое помещение.
Вульф тут же подошел к догорающему очагу и подбросил дров.
– Это кладовая Рейны. Как видишь, повсюду висят травы – сохнут. Я попросил разрешения использовать ее как свою личную спальню. А позже мне даровали свободу за то, что я помог отбить нападение на хутор Гаральда. Сражаясь, я узнал, что главарь нападавших – тот самый датчанин, который организовал набег и на наш хутор, именно он лишил жизни Астрид и нашу тетушку.
– Надеюсь, ты убил этого ублюдка?
– Конечно. – Вульф помолчал, а потом добавил: – И в этой битве Рейна спасла мне жизнь.
– Похоже, на землях датчан тебе скучать не приходилось. Полагаю, у тебя не возникнет сомнений, возвращаться ли с нами домой.
Перед мысленным взором Вульфа появилось лицо Рейны.
Он тряхнул головой, отгоняя наваждение.
– Никаких сомнений, брат. Расскажи мне о маме. Она и правда так больна, как ты говорил?
– Да, но я уверен: как только она тебя увидит, ее состояние улучшится. Она начала чахнуть вскоре после того, как вы с Рейной исчезли. Стала кашлять, и самочувствие ее все время ухудшается. Нужно убедить Рейну поехать с нами.
Вульф тяжело опустился на скамью.
– Олаф, Рейна не так давно вернулась к своей семье. У нее есть жених, которому не терпится соединиться с ней. Если ты хочешь убедить ее поехать с нами – что ж, желаю удачи.
Олаф расправил плечи.
– Тогда мы должны похитить ее. Рейну обязательно нужно привезти на наш хутор, если мы хотим спасти жизнь маме.
Вульф покачал головой.
– Брат, этого я не могу тебе позволить. Гаральд был добр ко мне. Я не стану платить ему за доверие неблагодарностью. Если Рейна поедет с нами, то только добровольно.
– Она никогда не согласится. – Олаф опустил голову на руки. – Я устал. Путешествие через море далось нам нелегко.
– Шкуры вон там, в сундуке. Бери, сколько хочешь, и ложись у огня. Завтра сходим в баню, если сможем добраться до нее через снежные завалы.
На следующее утро им все же пришлось разгребать снежные завалы, чтобы попасть в баню. И снег все еще падал.
– Похоже, какое-то время нам придется постоять на приколе, – заметил Вульф. – По крайней мере, ты будешь сытно есть и сладко спать, пока погода не улучшится.
– Я и так благодарен богам за то, что продержалась сносная погода, пока мы добирались сюда, – заявил Олаф. – Тор был милостив к нам.
– Боги обычно благосклонны к детям и дуракам, – пробормотал Вульф.
Два брата провели в бане целый час, один раз они, обнаженные, выскочили во двор и бросились в сугроб, чтобы освежиться, затем сломя голову забежали обратно. Почувствовав прилив сил, они оделись и направились к дому, намереваясь позавтракать.
Дом был забит людьми. Вульф удивился,