Он возжелал ее с первого взгляда, но осознав, что не получит желаемое, пошел на шантаж. Юная Катарина ассер Вилленская не искала любви наследного принца, но выбирая между честью и жизнью брата, предпочла лишиться чести. А дальше… дальше Дариан понял, что влюбленность стала одержимостью, и отныне для Кати была уготована лишь одна судьба — любовницы Его величества.
Авторы: Звездная Елена
моя императрица, — Хассиян поцеловал затянутую в золотую перчатку ладонь.
— Прекрасных здесь много, мой император, — Аллария присела в реверансе, — а ваша печаль уже тревожит меня. Изберите новую фаворитку, двор замер в ожидании.
— Уже покидаете меня? — хмуро поинтересовался император.
— Я могу себе это позволить, — Аллария лукаво улыбнулась, — в отличие от вас, мой супруг. Наслаждайтесь празднеством.
Катарина с замирающим сердцем следила за монаршей четой, и на глаза невольно навернулись слезы. В их танце не было страсти или желания победить, как в танце королей Шарратаса, только уважение, только признательность, только преданность величию империи. И пусть танец Алиссин и Дариана заставлял придворных замирать от восторга, танец императоров Ратасса вызывал восхищение.
Но вот мелодия стихла, грациозный величественный реверанс и императрица с доверенными фрейлинами покидает бальный зал. «Как Еитара… — невольно подумала Кати.»
Император не долго оставался один. Новая мелодия и леди в серебристом подает руку — вслед за императором и его избранницей зал заполняется танцующими парами. Танец завершился, и леди в серебряном склоняется в реверансе, низко опустив голову, дабы скрыть досаду — император не подал ей платок, значит, выбор падет на другую…
Танец за танцем, и новая отвергнутая леди… Катарина, несколько раз вежливо отказывающая тем немногим, кто сумел остановить взгляд на скрытой балахоном девушке, пристально следила за Хассияном. Заметив проходящую мимо раздосадованную леди в серебристом платье, Кати негромко окликнула:
— Леди Вьетени…
Женщина замерла, поспешно подошла к невозмутимой девушке и хрипло переспросила:
— Кати?
— Меня трудно узнать? — смеясь, поинтересовалась Катарина.
— Более чем, — задумчиво ответила леди Вьетени.
— И как у нас дела? — перешла к главному вопросу девушка.
— Мне нечем вас порадовать, — зло ответила женщина. — Противоядие в личной спальне императора, но попасть туда, видимо, не суждено сегодня никому из нас.
— Это единственное место, куда не может попасть никто посторонний, — продолжая следить за императором, произнесла Катарина, — побудьте со мной.
— С удовольствием, — леди встала рядом, так же развернулась к залу, разглядывая танцующих, с усмешкой заметила, — у вас своеобразный наряд, леди Катарина.
— Вы даже не представляете, насколько он своеобразен, — невозмутимо ответила девушка. — С кем Его Величество танцует сейчас?
— Леди Гнери, милая южанка двадцати лет… у нее ни шанса привлечь высочайшее внимание.
— Почему же? — удивилась Кати.
— Император ценит умных женщин…
— Не могу согласиться с вашим мнением, — вспомнив их разговор в подземелье, ответила Кати.
Внезапно леди Вьетени схватила ее за руку, нервно сжав, и прошептала:
— Он уходит! Император покидает бал!
— А разве… — начала Катарина.
— Все пропало… — прошептала женщина сжимая ее руку сильнее, стражники уже открывают двери, значит последний танец… Как же все плохо!
— Сдаться всегда проще леди Вьетени, нужно сражаться на равных! — повторила Кати полюбившиеся слова Алиссин.
И потянув за собой женщину, двинулась к главному входу. Катарина шла, не замечая тех, мимо кого проходит, и неотрывно следила за императором. Хассиян медленно, но вместе с тем целенаправленно шел к выходу. Он рассеянно отвечал пытающимся привлечь его внимание дамам, одновременно с этим о чем-то разговаривал с уже знакомым Кати лордом Анеро, который не посчитал нужным надевать маскарадный костюм.
Остановившись так, чтобы непременно оказаться на пути монарха, Кати чуть сжала руку леди Вьетени и прошептала:
— Есть лишь одна просьба, ожидайте меня у восточных дверей дворца…
— Если у вас что-то получится, — насмешливо прошептала в ответ леди, — я буду ждать вас у дверей императорских покоев.
— Все получится, — развязывая тесемки накидки, ответила Катарина, — ведь я буду играть на равных… пожалуй, впервые в своей жизни…
Одним движением Кати сняла делавшую ее безликой накидку, второе движение и нижняя часть маски остается в ее руках, открывая ярко окрашенные губы. И в следующее мгновение на нее были направлены сотни взглядов — шокированных, возмущенных, пораженных подобным явлением! Девушка в вызывающем алом платье появилась, словно из ниоткуда, притягивая взоры.
Хассиян повернул голову на невнятный шум, стремясь увидеть, что вызвало интерес, и удивленно приподнял бровь, заметив незнакомку в ярком наряде. И она смотрел на него. Пристально, не отводя взгляда, бросая вызов.
Для Катарины
