оставшись в темно-красном свитере, длинной черной юбке и ботинках на низких каблуках. И она намеренно не стала поправлять макияж. Так что пусть Доминик не думает, будто она пытается предстать перед ним в более выгодном свете. Софи его мнение ничуть не интересовало.
— Ничего не нужно, — сказала она ровным тоном. — Я выпила кофе, перед тем как за мной приехал твой шофер.
— Я говорил не о кофе. Хочешь виски или бренди? На улице холодно. Это поможет тебе согреться.
Впрочем, что бы он ни говорил, в глубине души Доминик сомневался, что спиртное способно отогреть эту ледышку, которая сидела сейчас перед ним. Такой холодности он не ожидал, и его всерьез задевало, что девушку, похоже, не впечатляет ни он сам, ни его великолепный дом.
Только увидев ее вновь, Доминик внезапно осознал, что скучал по ней. Несмотря на всю неприязнь, которую излучала Софи, он находил ее хорошенькой — с этими огромными голубыми глазами и милыми темными кудряшками. По телу прошел разряд, стоило ему увидеть ее в дверях. Но он до сих пор не мог понять, с какой стати так увлекся девушкой, которая даже не скрывает своей неприязни к нему. После бурной ночи, что они провели вместе, это уязвляло его самолюбие.
— Нет, спасибо. Ты сказал, что хочешь выбрать подарок для Дианы?
Из кармана юбки Софи достала сложенный пополам листок бумаги и, поднявшись с места, протянула его Доминику.
— Я тут набросала пару идей. Конечно, я не знаю, сколько денег ты готов потратить, так что мои предложения могут тебе не подойти…
Доминик сдержанно усмехнулся, взял список у нее из рук и тут же отложил на стол, даже не взглянув. Софи охватило негодование.
— Ты даже не посмотришь?
— Позже.
Что значит «позже»? Зачем он тогда вообще позвал ее сюда?
— Кстати, насчет этого пальто… — неожиданно начал Доминик.
Софи смущенно зарделась, вновь садясь на диван.
— Что?
— Ты его хотя бы примерила?
Девушка пристыженно опустила глаза, не желая в этом признаваться. Конечно, она не удержалась. Пальто сидело на ней просто превосходно, и дорогой кашемир так красиво облегал фигуру… Но ни за что на свете она не скажет об этом вслух!
— Дело не в том, мистер Ван Стрэтен…
Он не мог поверить, что она вновь перешла с ним на «вы». С какой стати ей вздумалось после недавней близости возводить все эти преграды между ними?
— Доминик, — поправил он. — Мы друг друга достаточно близко узнали, так что можешь называть меня по имени.
Голубые глаза возмущенно уставились на него.
— Мы друг друга совершенно не знаем! Несмотря на.., все, что между нами случилось. Я же сказала по телефону, что не могу принять пальто. Что было, то было, но теперь нам лучше обо всем забыть. Это не имеет никакого значения.
— Сделай мне такое одолжение, Софи. Примерь его.
И, к полному изумлению девушки, он извлек пальто из коробки и протянул ей с таким видом, словно и не слышал недавних возражений. Даже мысль о том, чтобы ему повиноваться, привела ее в ужас.
— Доминик, я…
— В чем дело, Софи?
— Я не могу мерить это пальто!
— Почему? Что с ним не так?
— Ну зачем ты настаиваешь?
— Потому что мне этого хочется.
— Какая глупость…
Это и правда выглядело нелепо. Софи внезапно почувствовала себя полной дурочкой. Зачем она так упрямится, ведь он прав: ничего плохого не случится. Она все равно не собирается принимать пальто в подарок, так что примерит его, а потом сразу уйдет домой.
Но когда Софи неохотно поднялась с дивана и подошла к мужчине, ее охватил внезапный трепет. Он был совсем рядом, и эта близость ударяла в голову, как вино.
Доминик накинул пальто ей на плечи, а затем мягко развернул лицом к себе, и его взгляд пронзил Софи, точно молнией, заставив замереть на месте. В зеленых глазах пылал такой огонь желания, что она ощутила, как все плавится у нее внутри, и ноги поневоле подкосились.
Доминик не мог отвести взгляда от ее рта. Эти припухлые, чуть тронутые помадой алые губы будили в нем ненасытное желание. Он чувствовал, как его охватывает страсть, не поддаться которой было почти свыше его сил. Но если он уступит своему желанию, то лишь напугает Софи до полусмерти…
Или все же нет? Глядя в ее потемневшие глаза, ощущая, как она дрожит в его объятиях, Доминик внезапно осознал, что девушка далеко не столь холодна к его чарам, как старается показать. И сейчас ею владело то же желание, что и им самим.
Это вызывало ощущение головокружительного торжества — куда больше, чем любая успешная сделка. Очень скоро Софи вновь окажется в его постели, и на сей раз все будет еще лучше, и вместе они разбудят вулкан страстей, который не скоро затихнет.
Взяв себя в руки, Доминик отступил
