Любовница собственного мужа

Однажды она уже клялась ему в любви, но это не помешало ей уйти, стоило признаниям Джасмин Бейли появиться в печати. Лука умолял поверить ему, говорил, что невиновен, но она осталась глуха к его словам. Где тогда была ее любовь?
– Если ты не согласишься, я обращусь в суд.
– Куда? – Вивьен дернулась, как от удара электрического тока. – В суд?
– Именно. Я намерен бороться за своего сына любыми способами. Или ты думала, что Марко навсегда останется с тобой, как будто у него нет отца?
– Нет, что ты… – залепетала она, ошарашенная открывающейся перед ней перспективой.
– И на этот раз признания Джасмин Бейли едва ли смогут тебе помочь лишить меня отцовских прав, – мстительно добавил Лука, наслаждаясь ее испугом. – Почему тебе так сложно объяснить, что я могу быть хорошим отцом Марко? Неужели, проведя со мной весь сегодняшний вечер, ты так и не поняла, что я переживаю за него ничуть не меньше тебя?
– Я знаю, ты испытывал те же чувства, что и я…
– Нет, не те же. Я не только волновался за Марко, я еще был зол на тебя. Ведь это ты доверила самое дорогое из того, что есть в моей жизни, своей бестолковой сестре! Изза твоей беспечности этим вечером Марко мог погибнуть. И если ты не способна хоть раз в жизни внять доводам рассудка и согласиться на мою просьбу, я готов пойти с этими обвинениями в суд, и пусть судья сам решает, кто из нас двоих больше подходит на роль опекуна двухлетнего ребенка!
– Это шантаж! Ты не имеешь права так говорить!
– Ну и что с того! А ты имела право родить ребенка и не поставить меня, его законного отца, в известность?! Со дня рождения Марко прошла неделя, прежде чем я узнал, что стал отцом. Причем узнал от посторонних! Ты представляешь, каково это, услышать о рождении собственного сына от людей, не имеющих к этому никакого отношения. Тебе всегда достаточно было пустяка для того, чтобы не дать мне встретиться с сыном!
А ведь он был прав. Вивьен всегда с ужасом ждала наступления субботы, когда надо было отправлять сына с няней к Луке. Особенно первое время, когда Марко плакал, не желая расставаться с матерью. Но даже потом, когда он привык целый день проводить без нее, Вивьен не могла спокойно смотреть, как присланная Лукой машина увозит ее обожаемого малютку в неизвестность. С одной стороны, она с трудом представляла бывшего мужа в роли заботливого отца, с другой – с ума сходила при мысли о том, что Лука может не вернуть ей сына.
Отказывая Луке в правах на Марко, она, сама того не сознавая, пыталась наказать его за боль, которую он причинил ей своей изменой. Сейчас, узнав, что никакой измены не было, она горько сожалела о своем поведении, но, похоже, Луке не было никакого дела до ее чувств…
– Так что не трать моего времени понапрасну и не доводи дело до суда! – грозно добавил он. – Ни к чему хорошему это не приведет.
Не было никаких сомнений в том, что Лука будет отстаивать свои права на сына через суд. Тем более что у него появился такой благовидный предлог заполучить опеку над мальчиком.
– Я согласна. – Собственный голос казался Вивьен чужим, когда она выдавливала из себя это слово. – Думаю, я могу пойти на компромисс. – В конце концов, кроме себя самой, ей некого было винить в том, что они с Лукой стали врагами. – Чего конкретно ты от меня хочешь?
Победная улыбка озарила смуглое лицо Луки.
– Компенсации, – только и сказал он.

Комната оказалась на удивление просторной, после того как из нее вынесли большую часть вещей, оставив только шкаф, кровать и тумбочку. Лука держал свое слово: присланная им команда полностью освободила Вивьен от хлопот, связанных с переездом. Прошло всего два дня, и уже эту ночь они с Марко должны были провести в новом доме, снятом для них в Лондоне.
Что же касается Бернис, то после отъезда сестры она оставалась полноправной хозяйкой коттеджа.
Переезд в Лондон стал частью той самой компенсации, которую потребовал Лука во время их последней встречи. Загнанной в угол Вивьен не оставалось ничего другого, как согласиться на его требования.
– Похоже, ты так и не оставила эту дурацкую идею с переездом? – выходя из кухни с бокалом вина, произнесла Бернис, окидывая неодобрительным взглядом сестру.
– Нет, как видишь, – тихо отозвалась Вивьен.
– Надо быть полной идиоткой, чтобы вернуть Луку Сарацино в свою жизнь! Ты совсем не уважаешь себя, сестренка, если позволяешь ему так собой вертеть.
– Все совсем не так, как тебе кажется, Бернис, – мягко произнесла Вивьен, не желая перед отъездом ссориться с сестрой. – Лука хочет больше времени проводить с Марко, и он имеет на это право. Да и мальчик очень к нему привязан. Достаточно