Любой ценой

Офицер спецназа, получив ранение в ходе боестолкновения в городе Грозном Чеченской Республики, внезапно переносится в район Харькова, как раз перед началом Курской битвы. Удастся ли ему стать своим среди своих? Имена и позывные погибших сотрудников СОБР подлинные. Радиопереговоры подлинные. В остальном имеется изрядная доля фантазии автора

Авторы: Хохряков Константин Николаевич

Стоимость: 100.00

отсюда. Еще три дома проверять. Слушай, а что это спичка такая грязная? Вроде, свежую из коробка брал…
— А ты что, руки помыл перед тем, как вставить? Пошли уже…
Слышны удаляющиеся шаги, чуть слышно хлопнула дверь. Во, попал! Ладно, не чухнули! Действительно, руки у меня чистотой не отличались. Совсем забыл, что спичка всю грязь на себя собирает с рук. Надо было хоть об себя ладони с пальцами обтереть, прежде чем за нее браться. Ну, ничего, почти как в анекдоте: «…Меня тоже пронесло…». Адреналин через край хлещет. Незабываемое чувство…
Вернемся к нашим баранам. В стороне Валков виднеется небольшой лесок. Если верить карте, внутри него поляна. Внешне он напоминает атолл в море. В бинокль просматривается, что лес окружен колючкой. Спрашивается: а зачем? Судя по размеру поляны, танков там можно спрятать немеряно. Наш это объект, или нет, а проверять придется. Заезжают ли туда машины, отсюда не видно, деревья мешают. За ними проходит дорога, ведущая к южной части города. Движения на ней пока не видно…

* * *

— Лейтенант, почему группа до сих пор протирает штаны в этой дыре? Вас рекомендовали как лучшего специалиста по борьбе с диверсантами. Ожидалось, что Вы в кратчайшее время сможете плотно сесть «Призракам» на хвост. Но результат пока нулевой.
— Герр оберст-лейтенант, мои люди делают все возможное. Но, к нашему стыду, последние следы, которые мы обнаружили — это место, где русские прятали после захвата грузовик. Дальше любые признаки их пребывания теряются. Они действительно напоминают призраков. Тем не менее, я глубоко убежден, что разведгруппа пойдет на запад, а трюк с машиной специально подготовлен для нас.
— В таком случае я не понимаю, куда они могли деться? Все западное направление перекрыто. Логичнее всего с их стороны было передвигаться по лесам. Все выходы из леса в районе Одрынки перекрыты. Я уверен, что скоро мне придется отвечать на очень неприятный вопрос: почему я сосредоточил там почти все силы по охране тыла, а эффекта от этого нет? Вы не подскажете правильный ответ, герр лейтенант? А из Люфтваффе уже бесцеремонно высказывают претензии по напрасному и безрезультатному использованию авиаразведки.
— С Вашего позволения, герр оберст-лейтенант, позволю усомниться, что диверсанты пойдут лесом. Они не глупее нас, прекрасно понимают, что тот путь мы перекроем в первую очередь. Поэтому я и устроил засаду в Хворостово. В любом случае «Призраки» его не минуют. Других населенных пунктов, удовлетворяющих их потребностям, поблизости нет. А оттуда мы специально убрали всех жителей, чтобы, во-первых, никто не мог предупредить русских, а во-вторых, чтобы дать разведчикам место для передышки, в котором их и заблокировать. Прятаться им где-то все равно нужно. Кругом открытые места, от самолета-разведчика в траве не спрятаться. А тут пустые дома. Мы вынудим их прийти в деревню…
— Это все время, которого у нас нет. Почему Ваши люди не занимаются активным поиском?
— Вы имеете ввиду прочесывание? Оно такими силами результатов не даст. Слишком большая территория. Я полагаю, что диверсионная группа где-то в лесу ждет окончания поисковых мероприятий, чтобы двигаться дальше. Спрятавшись и не подавая никаких признаков своего существования, «Призраки» хотят натолкнуть нас на мысль, что им удалось вырваться из кольца и уйти. Никуда они не делись. И пойдут они не лесами, а ночью по открытому месту. Я бы на их месте так и поступил. Осмелюсь спросить: из-за линии фронта новых сведений нет, герр оберст-лейтенант?
— Пока нет. Это процесс не скорый. Наш человек не имеет непосредственного доступа к информации. С группой не тяните, долго ждать мы не можем. Максимум, что я могу позволить, это еще двое суток. Мне нужны результаты, лейтенант. Можете идти! И помните — двое суток, не больше. После будут сделаны выводы. При таких достижениях не думаю, что они будут для Вас утешительными.
— Яволь, герр оберст-лейтенант!

* * *

…Первым делом — занять круговую оборону. Затем меня с «Некрасом» «Молчун» отправляет обследовать одну часть подвала, а «Шурави» с «Быстрым» — другую. Все верно: весь подвал в перегородках, насквозь не просматривается. Ни к чему нам, чтобы «духи» в спину дышали. Однозначно, знают, что в подвале «неверные» засели. Не исключено, что где-то прямо из подъезда есть вход.
Бросив взгляд на улицу, замечаю, что бронетранспортера с остальной частью группы уже не видно, видимо, успел проскочить. Лишь бы без потерь!
Подвал завален всяким дерьмом, пробираться по нему особого удовольствия не доставляет. Вонь из поврежденных труб канализации стоит неимоверная. Перебивает ее лишь