Офицер спецназа, получив ранение в ходе боестолкновения в городе Грозном Чеченской Республики, внезапно переносится в район Харькова, как раз перед началом Курской битвы. Удастся ли ему стать своим среди своих? Имена и позывные погибших сотрудников СОБР подлинные. Радиопереговоры подлинные. В остальном имеется изрядная доля фантазии автора
Авторы: Хохряков Константин Николаевич
в своих целях, взять хотя бы знаменитый фильм «Место встречи изменить нельзя!».
А у нас? Война — кормушка для олигархов, одно из средств наживы власть имущих. Что-то ни одного сынка руководителя любого уровня в Грозном я не встречал. Воюют те, у кого не хватило средств «откосить» от армии, то есть дети простых работяг. «Золотая молодежь» в это время жирует, погрязла в пьянстве и наркотиках. На участников боевых действий смотрят, как на быдло. Распространенное хождение имеет расхожая фраза: «Я вас в Чечню (Афганистан, Анголу и тому подобное: нужное подчеркнуть) не посылал». Инвалид должен доказывать право даже не на льготы, а на элементарную помощь. Денег у государства на ветеранов и инвалидов нет. Доброго слова — тоже! Не мудрено, что боец, познавший кровь, боль утрат, горечь поражений, срывается с нарезки. И если он зацепит этим власть имущих или их «шаловливых» детишек, даст отпор их произволу, вот тут: «Ату его! Как он посмел?» Спускается на бедолагу вся мощь наших органов, а то и спецслужб.
Учеба продолжается. Приходится лихорадочно вспоминать, чему учили в армии и СОБРе, подгонять все под реалии нынешнего времени, внедрять новшества. Как тяжело, оказывается, приживаются нововведения! Приходится доказывать руководству, что это необходимо, выбивать необходимые для реализации задуманного материалы.
Решил я переделать неудобный вещмешок в некое подобие РД. Для этого потребовались старые вещмешки, пуговицы, брезентовые брючные ремни. Замучился все это выколачивать. Зато, в конечном итоге, у всех сейчас «сидоры» переделаны. Появились дополнительные карманы с клапанами, ремешки и тесьма для подвязывания нештатного снаряжения. Не приходится рыться в поисках нужной вещи, все под руками. Глядя на нас, и остальные занялись переделкой своего имущества. На вопросы, откуда я все это придумал, приходится разводить руками: ну, мне кажется, что так лучше. В гении бы только не записали, идеи рано или поздно закончатся.
Из брезента от автомобильных тентов соорудили так называемые «армейские лифчики», то есть разгрузочные жилеты. Магазинные сумки сделали сразу под два магазина. Опять же, все доставать удобно, необходимое сразу под рукой. Гранаты тоже есть куда поместить. Кобуру на грудь приделали, жаль, «липучки» еще в этом времени не придумали. Пришлось изгаляться, крючки из хорошей проволоки гнуть. Армейское руководство только руками разводит. Есть у них желание для всех разведчиков такое сделать. Возможностей у них полно, так что к нашему возвращению, может быть, уже не кустарное изготовят.
И с персональными позывными решил определиться. Не дело это — бойцов по имени или фамилии называть! А позывной, если кто и услышит — ни к кому конкретному привязать не сможет. Их и по радиосвязи передавать можно. Даже по открытому каналу. Обсудил это с ротным — тот на меня взглянул как-то по-особому. Как будто я для него какое-то открытие сделал.
Когда после занятий с группой возвращались к себе домой, рядом остановился «Виллис» с начальником особого отдела армии.
— Садись, Кротов, прокатимся немного.
Спорить не приходится, козырнув, занял место. Отъехав от деревни километра два, остановились.
— Пойдем, покурим на природе!
Отошли от машины, чтобы водитель нас не слышал, закурили. Полковник молчит. Что же он мне сказать-то никак не решается?
— Слушай, старшина! Ты уже наверно ощутил на себе пристальное внимание моего ведомства? Мысли всякие в голове гуляют? Чем же я «СМЕРШу» так насолил? Я правильно излагаю твои думки?
— Есть такое, товарищ полковник!
— Я тебя уже вроде со всех сторон проверил. Думаю, с тобой можно наконец откровенно поговорить. Только наш разговор не для передачи кому бы то ни было, это понятно?
— Да, не маленький, кое-что соображаю. Если б секретов не было, никуда из деревни уезжать не нужно.
Полковник, кивнув, продолжил:
— Завелся у нас предатель. До сих пор не можем определить, на каком уровне информация к фрицам уходит. Вашу группу тоже кто-то сдал, поэтому на засаду вы и напоролись. Хорошо, что обошлось.
— Немец просто дурак попался. Кто же в засаде-то курит, да еще и ночью? Вспышку спички издалека видать, да и запах по ветру хорошо разносится. Если перед этим не курил долго — за версту почуешь. Ну, не за версту, конечно, но далеко.
— Вот, и я о том же. Стало быть, информация о группе была неполной. Ждали б именно там, хрен бы кто там закурил. Да хоть унтер бы с ними был, а то и офицер. Немцы тоже не дураки награды и подарки получать. У них так же, как у нас: чем дальше в тыл, тем награда больше. По моим сведениям, вас еще в нескольких местах такие же засады поджидали. Я и думаю,
