Любой ценой

уничтожить танки? Рассказывай, а потом уже будем думать, как бы это половчее сделать.
— Все достаточно просто. В нашем институте готовить крыс для уничтожения техники вероятного противника мы начали еще до войны. Ни для кого не было секретом, что она рано или поздно начнется. Только говорить об этом открыто было не принято. Можно было легко загреметь. Все основано на том, что у крыс зубы растут всю жизнь. Если их не стачивать, они разрастутся до такого размера, что пасть не будет закрываться, и крыса погибнет. Из-за этого они вынуждены постоянно что-то грызть. Тогда зубы стачиваются. Самым сложным было научить их грызть именно то, что необходимо, но этого мы постепенно добились… — Александр замолчал, собираясь с мыслями, как бы нам, далеким от науки людям, объяснить суть разработки.
— То есть, ты хочешь сказать, что эти крысы съедят все немецкие танки? Что-то мне в это не верится. Броню грызть — замучаются. Тут на один-то танк всех, которых мы несем, не хватит, а хотят три дивизии без танков оставить…
— Ты не понял. Зачем грызть танк? Все намного проще. Я полагаю, что место базирования танков охраняется достаточно хорошо. Проникнуть туда крайне затруднительно, даже с вашей подготовкой. Наверняка, после того, что вы устроили в Скрипках, охранять их будут еще лучше. Крысы же в состоянии проникнуть в любое место. При проходе через посты на них даже не обратят внимания, как на не представляющих опасности. Особенно, если они пойдут не все одновременно, но это уже в наших силах…
— Все равно не понимаю.
— Крысы могут также проникать в такие дыры, которые гораздо меньше по диаметру, чем их голова. Дело в том, что череп крысы устроен так, что кости могут смещаться. А если в отверстие прошла голова, то крыса, можно сказать, уже пролезла. Вам нужно только придумать, как доставить к танкам приманку, остальное крысы сделают сами.
— А что из себя представляет приманка?
— Перемешанные мука, сахар и растительное масло. Готовить придется непосредственно перед применением.
— Ну, тогда я, кажется, уже придумал. Рассказывай дальше.
— Извини, командир. Пока не имею права. У меня инструкции четкие, когда, что и кому я могу рассказать. Вот, доставим первую партию, тогда наедине и расскажу.
— Убедил, чертяка говорливый. С нетерпением буду ждать.

— Герр лейтенант!
— Слушаю, фельдфебель!
— Не было в районе Яковлевки большой группы диверсантов. Как я понимаю, здесь не более пяти человек работало.
— Почему так думаете?
— Кроме вынутой земли совсем нет следов. Все равно за объектом должны были наблюдать продолжительное время. Мы обшарили всю округу. Почитай, почти сутки здесь валандаемся. Пять человек еще могут ничего после себя не оставить. Если же больше — возникает проблема отходов. Не поволокут же они с собой весь мусор? То же самое с отхожим местом. Пять человек еще могут его замаскировать так, что найти практически невозможно. Но больше — уже нет. Запах не спрячешь. А где попало, они его все равно устраивать не будут.
— И что, совсем нет никаких следов?
— Абсолютно никаких, герр лейтенант. Даже примятой травы. Что опять же, невозможно после пребывания такого количества людей. Кстати, в районе захвата машины примятая трава была.
— Значит, здесь работала только часть группы численностью не более пяти человек? А где же тогда были остальные? Чем занимались? По логике, даже если минированием занималась только небольшая часть группы, остальные должны были их прикрывать. Слишком большой риск провала. Тут же получается, что в случае захвата или ликвидации минеров остальные об этом даже бы не узнали? Как-то это непрофессионально для специалистов такого класса.
— Герр лейтенант! А может именно потому, что диверсанты действуют абсолютно нестандартно, их до сих пор и не могут поймать? Что о них вообще известно? Никто до сих пор даже не может пояснить, каким это образом «Призракам» удалось взорвать объект, а часовые даже ничего подозрительного не заметили? А ведь для подготовки такого взрыва требуется очень много времени.
— Ваши выводы, фельдфебель?
— Герр лейтенант! Мне кажется, нам многое недоговаривают.
— Не понял?
— Думаю, что охрана объекта не осуществлялась должным образом. Как я полагаю, при смене караульных осмотр внутренней части объекта, где располагались «Голиафы», не производился. Иначе, в любом случае часовые заметили хоть какие-то изменения внутри, что было бы основанием для тщательного осмотра объекта и прочесывания местности. Ничего же подобного сделано не было. А диверсанты максимально эффективно воспользовались нарушениями в системе охраны.