Сборник о людях советской милиции, посвятивших свою жизнь охране общественного порядка и борьбе с преступностью. Одни из них участвовали в Великой Октябрьской социалистической революции, создании первых отрядов рабоче-крестьянской милиции, индустриализации и коллективизации страны. Другие, вернувшись с фронтов Великой Отечественной, и сейчас продолжают трудиться в органах внутренних дел, надежно охраняя общественный правопорядок, укрепляя социалистическую законность. Авторы сборника — известные писатели, журналисты, а также работники органов внутренних дел. Для массового читателя.
Авторы: Хруцкий Эдуард Анатольевич, Вайнер Аркадий Александрович, Вайнер Георгий Александрович, Рождественский Роберт Иванович, Семенов Юлиан Семенович, Нилин Павел Филиппович, Липатов Виль Владимирович, Скорин Игорь Дмитриевич, Соколов Борис Вадимович, Киселев Владимир Леонтьевич, Ардаматский Василий Иванович, Безуглов Анатолий Алексеевич, Кузнецов Александр Александрович, Лысенко Николай, Пронин Виктор Алексеевич, Матусовский Михаил Львович, Беляев Владимир Павлович, Кошечкин Григорий, Сгибнев Александр Андреевич, Ефимов Алексей Иванович, Саввин Александр Николаевич, Литвин Герман Иосифович, Денисов Валерий Викторович, Баблюк Борис Тимофеевич, Асуев Шарип Исаевич, Исхизов Михаил Давыдович, Тагунов Олег Аскольдович, Арясов Игорь Евгеньевич, Артамонов Ростислав Александрович
— Какой у вас номер? — Александр посмотрел на мужчину, судорожно вцепившегося в баранку. От волнения и испуга тот несколько секунд вспоминал номер своей машины, потом назвал. Александр повторил его по рации и тут же услышал, что кто-то просит задержать именно ту машину, на которой он «ведет» нарушителя. А-а, черт, путаница какая-то, нас-то зачем задерживать?
ГАЗ-53 свернул в переулок. Горшков — за ним.
— Товарищ, миленький, давайте быстрей! Он же пьяный, вы что, не понимаете? Народ с работы идет! Школьников вон сколько!
Было шесть часов вечера. Сентябрь едва тронул еще густую листву деревьев. В очередном проулке нарушитель исчез. Но только на секунду, потому что ГАЗ-53 промчался прямо перед ними и свернул в центр города на площадь Челюскинцев.
— Обогнать его надо. И прижимай к бордюру!
— Я неопытный, товарищ сержант, — пробормотал водитель, — только недавно машину купил.
Эх, чтоб тебя, дядя! А нарушитель вывернул на улицу Революции, на бешеной скорости промчался мимо городского родильного дома, где запрещен проезд, распугивая стоящих на дороге людей.
По рации у Александра запросили номер машины нарушителя.
Горшков вынул пистолет, опустил стекло.
— Достань его как можно ближе.
Хорошо, что улица глухая и встречных машин нет. Он поднял руку и дважды выстрелил в воздух. ГАЗ-53 продолжал, разбрызгивая дождевые лужи, мчаться вперед. Горшков высунулся из окна, прицелился и выстрелил по номеру. Грязь отскочила и стали видны цифры. Александр по рации передал номер бортовой машины. Потом снова высунулся в окно и четыре раза подряд выстрелил по задним колесам. Четвертая пуля, он успел это заметить, прошла мимо, ударила в большую лужу. «Эх, ты, кандидат в мастера!» — выругал себя Горшков.
Бортовая свернула вправо, к железнодорожному вокзалу. Но туда пьяному и вовсе нельзя, сейчас электричка из Москвы должна подходить.
ГАЗ-53 вылетел на трамвайное кольцо. Впереди — высокий забор. А за ним — Александр знал — глубокая траншея, там строится подземный переход. Если водитель сломает забор, дальше бортовая никуда не денется.
Но ГАЗ-53 вдруг резко затормозил перед самым забором, а из кабины выскочили двое и бросились в разные стороны. Почему их двое? Как же это он второго-то не заметил?
— Стойте? — крикнул Горшков, распахивая дверь «Жигулей» и обегая машину. Никого! Где они? Александр перемахнул через забор. В трех метрах — глубокая, наполненная желтой водой траншея, рядом трубы. И чья-то кепка видна. Чья? Горшков вскочил на трубы. За ними съежившись, втянув голову в плечи, сидел мужчина. Горшков с пистолетом в руке спрыгнул к нему:
— Вставай!
Мужчина увидел пистолет, медленно встал и поднял руки. На Горшкова пахнуло сивушным перегаром.
— Твоя машина?
— Нет, начальник, не моя, — пробормотал он. Из наружного кармана мятого пиджака выглядывали путевки. Горшков левой рукой выхватил их, посмотрел номер.
— Ты еще врешь?
Мужчина пригнулся, отводя назад правую руку. Александр на миг опередил его, ударив левой в челюсть. Водитель пошатнулся, медленно опустился на трубы. Горшков нагнулся. Кажется, глубокий нокаут. Ладно. Этот теперь не уйдет. А где же второй? Александр выпрямился и краем глаза успел заметить, что сзади на него по новеньким, только что уложенным бетонным плитам бежит второй, бежит, пытаясь выдернуть правую руку из кармана плаща:
— Сейчас я тебя перышком!
Горшков отскочил в сторону, подсек нападавшему обе ноги и снова ударил левой. Мужчина как-то странно легко завис в воздухе и, перевернувшись, упал на строительный шлак.
Все произошло в считанные секунды, но сотни пассажиров только что подошедшей к перрону московской электрички стали свидетелями этой короткой схватки. До перрона было каких-нибудь десять метров.
К сержанту и двум нарушителям двигалась огромная толпа. Горшков торопливо спрятал пистолет.
— Что случилось, командир? — высокий пожилой мужчина оказался первым около Александра и очнувшегося от нокаута водителя.
— Человека они только что сбили, пьяные, — ответил Горшков, слыша рев сирен подъезжающих оперативных машин.
Водитель, помогая себе руками, сел на трубу, сплюнул в сторону пожилого мужчины:
— Скажи спасибо, что не тебя сбил!
Стоявшие вокруг люди возмущенно подступили к пьяному хулигану. Горшков громко сказал:
— Граждане, их трогать нельзя!
В этот момент сквозь толпу к нему пробился Басов:
— Саша, там другому, кажется, скорая помощь нужна, я уже вызвал.
— Спасибо, Иван Иванович. Еле догнал их.
— А у второго, между прочим, в кармане во-от такая финка.
