Сборник о людях советской милиции, посвятивших свою жизнь охране общественного порядка и борьбе с преступностью. Одни из них участвовали в Великой Октябрьской социалистической революции, создании первых отрядов рабоче-крестьянской милиции, индустриализации и коллективизации страны. Другие, вернувшись с фронтов Великой Отечественной, и сейчас продолжают трудиться в органах внутренних дел, надежно охраняя общественный правопорядок, укрепляя социалистическую законность. Авторы сборника — известные писатели, журналисты, а также работники органов внутренних дел. Для массового читателя.
Авторы: Хруцкий Эдуард Анатольевич, Вайнер Аркадий Александрович, Вайнер Георгий Александрович, Рождественский Роберт Иванович, Семенов Юлиан Семенович, Нилин Павел Филиппович, Липатов Виль Владимирович, Скорин Игорь Дмитриевич, Соколов Борис Вадимович, Киселев Владимир Леонтьевич, Ардаматский Василий Иванович, Безуглов Анатолий Алексеевич, Кузнецов Александр Александрович, Лысенко Николай, Пронин Виктор Алексеевич, Матусовский Михаил Львович, Беляев Владимир Павлович, Кошечкин Григорий, Сгибнев Александр Андреевич, Ефимов Алексей Иванович, Саввин Александр Николаевич, Литвин Герман Иосифович, Денисов Валерий Викторович, Баблюк Борис Тимофеевич, Асуев Шарип Исаевич, Исхизов Михаил Давыдович, Тагунов Олег Аскольдович, Арясов Игорь Евгеньевич, Артамонов Ростислав Александрович
Повестки для Дмитриева не было. Решили, что он будет «спекулянтом золотом». Но где его взять? День ломали голову. Выручил старый бронзовый подсвечник, неведомо как попавший в сельсовет. Полночи по очереди пилили этот подсвечник, и в результате Дмитриев «разбогател». В носовой платок ему бережно завернули 28 пакетиков по 10 граммов каждый с только что добытым «золотом» и два с настоящим, что были у Вавилова.
К вечеру Дмитриев постучал в дом Агеевых. Открыла мать Николая. И по закону, старому, таежному, не спрашивая, кто и что, пустила обогреться. Кроме старухи в избе оказались двое парнишек лет по 13—14.
Еще по дороге, обдумывая свою роль, Дмитриев спохватился, что спекулянтов золотом знает очень мало. И решил играть роль вора-рецидивиста, уж их-то он повидал!
— Здорово, мать! Ты Агеева будешь? Привет тебе от Алешки. Мы с ним вместе в Октябрьской сидели. Я оторвался, а он не пошел. (Все это означало, что он бежал). Холодно тут у вас. У тебя есть чем погреться? Нет! Ну ничего. Золотоскупка-то работает? — он достал свое богатство и безошибочно выбрал один из двух пакетиков. При виде золота старуха засуетилась.
— Принеси, мать, горючего, пожевать и табаку, а толковать потом будем.
Ребята не спускали с него глаз, но на вопросы не отвечали, что-то буркнули в ответ, явно не желая вступать в беседу. Пришла старуха, поставила на стол сразу запотевшую бутылку, несколько пачек махорки и протянула Дмитриеву остатки золота. Он небрежно отмахнулся. Разлив по рюмкам спирт, старуха задала, очевидно, давно мучивший ее вопрос:
— За что Алешку-то?
— За брата — Кольку. — И, не вдаваясь в подробности, Дмитриев принялся закусывать. Старуха побледнела, встала из-за стола, и вскоре Дмитриев услышал шепот за печкой.
— Ну, а ты куда? — выйдя из-за печки, спросила она.
— Я домой — в Россию. Нет в тайге для меня работы.
Хлопнула дверь, и один из парнишек исчез. Мысли побежали всякие.
«Куда ушел? Зачем? Приведет ли банду? 30 пакетов золотом — куш солидный». — На всякий случай Дмитриев пересел в угол лицом к двери. От спирта отказался. Часа два он по-сибирски, до седьмого пота пил чай.
Наконец появился мальчик. Снова шепот. Рука интенсивно тянулась к револьверу. Настороженно ожидая, Дмитриев смотрел на дверь. К столу подошла старуха:
— Тебя Коля видеть хочет. Сам понимаешь, сюда ему нельзя. У ключа за селом будет. Парнишка проводит.
«Значит, я был прав, — начал рассуждать мысленно Дмитриев. — Мальчишка ходил к бандитам. За два часа туда и обратно. Следовательно, недалеко, три-четыре километра. Что он, действительно боится идти в деревню? Или «золотишко» забрать решил?» — Обрывая размышления, спросил:
— Когда идти-то?
— Сейчас.
— Пошли. — Дмитриев забрал со стола бутылку со спиртом, кусок хлеба и вышел.
Парнишка повел дорогой, по которой Дмитриев пришел. В километре свернули в распадок. Луна еще не взошла, и, несмотря на снег, было темно. Что ждет? Встреча или короткая расправа? Из раздумья вывел свист мальчишки. Остановились. Сначала послышались шаги, а потом, осторожно оглядываясь, появился мужчина с винтовкой на изготовку.
— Ну вот, пришел, — протянул мальчишка.
Дмитриев решил брать инициативу в свои руки:
— Эй, Никола! Привет тебе от Лехи. Чалится он за тебя! — блатной жаргон был нечто вроде визитной карточки.
К Дмитриеву подошел мужчина лет тридцати пяти и, не опуская винтовки, настороженно оглядел.
«Ну и медведь, — подумал Дмитриев про себя. — В случае чего — не дай бог промахнуться», — и ухарски протянул ему бутылку со спиртом.
— Давай за знакомство.
Николай пить не стал, но винтовку все-таки забросил за плечо. Продолжая начатую роль, Дмитриев оскорбленно спросил:
— Что же ты… за знакомство и выпить не хочешь? — И, лихо глотнув из горлышка, посмотрел на бандита.
— Подожди, не пей. Выпьем вместе со всеми… в землянке.
«Ага, поверил… Вышло… Нет, еще рано ликовать. — Опять побежала вереница мыслей: — В землянке отберут золото. И какой черт подсунул мне этот подсвечник! — Но сразу же пришла и другая мысль: — Спрячу по дороге свое «золотишко», а потом будет предлог вернуться. Ведь они наверняка знают, что золото у меня есть, посыльный не мог не рассказать».
Проводник побежал домой, а Дмитриев и Николай отправились в тайгу. Николай шел впереди, показывая дорогу, при переходе через ручей, по колоде, Дмитриев сделал вид, что споткнулся и незаметно сунул под нее «золото».
Шли через тайгу по ориентирам, ведомым только Николаю. Дмитриев сомневался, сумеет ли запомнить дорогу и привести сюда группу, если следы на снегу заметет вьюга.
Вот и
