Попаданцы. Порталы в иные миры. Беспощадные враги. Верные друзья и, конечно же, приключения. Межмирье, открывающее путь во множество миров — высокотехнологических и средневековых, магических и почти ‘земных’… В него можно не только войти, но и пронести с собой груз — или провести людей.
Авторы: Бурак Анатолий
здешнего общества мне вполне нравилась. И спорил я просто по привычке. А профессор читал мне Оду о Защите Оружия.
– Местная политическая верхушка славится весьма либеральными взглядами. Но в конечном итоге они находятся у власти около трехсот лет. И следовательно, такое положение вещей себя оправдывает.
– Почему вы так уверены, Проф? Ведь, будь на нашем месте ктонибудь другой, его запросто могли бы убить. Нет, население, имеющее оружие, это хорошо, но должна еще быть организованная полиция.
Профессор покачал головой:
– Мне кажется, вы не правы. В действительно свободном обществе полиция обязана выполнять скорее координирующую роль. Вроде нашего Интерпола. А хорошо вооруженные свободные граждане, в любой момент готовые дать отпор, как раз и являются основой порядка.
– А Черный Сэм?.. Ведь он терроризировал весь город. И не захотел ли бы он распространить свое влияние и дальше?
Семен Викторович пожал плечами:
– Ну, скажем, не так уж и весь. Платили ему всего десятка два мелких заведений, которые считали, что проще откупиться, чем затевать войну.
– Выходит, кто не может защититься, тот оказывается в проигрыше?
– Если такие Сэмы имеются, несмотря на разрешенную законом возможность сопротивления, – значит, их существование себя оправдывает. Естественный отбор пока никто не отменял, мой друг. Он непрерывен и идет постоянно. Но, я в этом уверен, не появись мы – обязательно нашелся бы ктото другой. Природой так устроено, что те, кто любит перебирать через край, как правило, выживают очень редко. Вот вы, почему отпустили мальчишек, совершивших поджог?
А ято думал, что сумел сохранить ночное происшествие в тайне.
– Так ведь они не представляли угрозы.
– Тогда зачем же вы затеяли драку у мамми Розы? Ведь скорей всего дело кончилось бы парой двусмысленных комплиментов.
– Ну, знаете, Семен Викторович, это удар ниже пояса.
– Да нет, это как раз по существу. У любого человека, воин он или просто хороший семьянин, всему надлежит находиться в разумных пропорциях. А инстинкты, пусть даже и бойцовские, должно сдерживать разумное стремление к самосохранению. У ребят же Черного Сэма, по всей видимости, они работали через раз. За что в конечном итоге они и поплатились.
Я молчал, обдумывая, чем бы еще уесть профессора, но тот невозмутимо продолжил:
– Возьмем хоть бывший Советский Союз. Годами сдерживаемая государством агрессия накапливалась, чтобы в начале девяностых вылиться в ужасные формы. И простой обыватель чаще всего оказывался пострадавшей стороной. Или тот же мелкий лавочник, коих в постсоветское время расплодилось великое множество. Вполне законопослушный и платящий налоги, он оказывается беззащитным перед наездом рэкетиров. А вздумай применить оружие – то посадят скорей всего его самого. Так что не так уж и плоха народная мудрость, гласящая, что спасение утопающих есть дело рук самих утопающих.
Примерно в таком духе мы беседовали уже третий день. Обед приносил маленький негритенок, передавший приглашение мамми Розы в день нашего вступления в должность. Брала хозяйка мотеля не очень дорого. И готовила хоть и простые, но отменно вкусные блюда.
Но на этот раз Билли, так звали малыша, доставил нерадостные вести. Случилась драка. До огнестрельного оружия, правда, не дошло, но ножи имели место. И вот теперь один участник мертв, а второй вскоре составит ему компанию, подвергнутый суду Линча.
Похоже, появилась возможность еще раз продать талант. Вместо того чтобы обсуждать законы, принятые людьми задолго до нашего здесь появления.
– Когда, Билли? Когда это произошло?
– Час назад, Юа, – важно ответил малыш. Обыкновенная бытовуха. Мясник Том приревновал свою жену к владельцу гаража.
Правда, в его устах это прозвучало как:
– Том с мясом бьет Дикамашину за жену.
Но какая разница, быть убитым изза пустяка или за миллион долларов. Я имею в виду ощущения покойного.
Час так час. Придется профессору оставить при себе красноречивые аргументы в пользу хорошо вооруженного населения. А я отправился разнимать драчунов.
– Извините, профессор, дела.
– О чем вы, Юра? Мы же только что пришли.
– Да так, шестое, знаете ли, чувство.
До места будущей трагедии было несколько километров, и я беззастенчиво «достал» из коридора два модуля.
– Поскакали, Семен Викторович? Кажется, есть для нас работа.
Мы влезли в попрыгунчики и взвились ввысь. Ссора еще только затевалась, и наше внезапное и не менее эффектное появление несколько сместило акценты.
– Вы продолжайте, продолжайте, – напутствовал я драчунов. – А тот, кто останется, будет иметь дело со мной.
И стал разминаться,
