Попаданцы. Порталы в иные миры. Беспощадные враги. Верные друзья и, конечно же, приключения. Межмирье, открывающее путь во множество миров — высокотехнологических и средневековых, магических и почти ‘земных’… В него можно не только войти, но и пронести с собой груз — или провести людей.
Авторы: Бурак Анатолий
Вотвот сейчас, сию секунду, кошмарное и сладострастное одновременно.
– Пойдем, пойдем отсюда, – тронул я за рукав Ленку, а та, казалось, не заметила моей слабой попытки вытащить ее наружу.
Но прощальная песня наркоманки – совсем не то, ради чего мы пролетели полмира, и я, схватив Лену в охапку, силой выволок за порог.
– Ты чего, Лен? – изумился я.
– Да так. – В ее голосе слышалась грусть. – Я на минуту поставила себя на их место. Ведь в большинстве своем люди не глупы и понимают, что к чему. К тому же это ведь поколение их родителей сейчас уходит.
– Перестань, – укорил я ее. – Тоже мне, нашла время.
Она лишь глубоко вздохнула и както странно посмотрела в мою сторону. А меня вдруг разобрала злость. Но, как ни крути, а ссориться сейчас, тем более изза эмоций, совсем непродуктивно, и я промолчал.
– Как ты думаешь, каковы шансы ее найти?
– Не знаю. – Она пожала плечами. – Но думаю, что вряд ли Рита помчалась кудато на материк. Как правило, помощь оказывают тому, кому она в данный момент требуется. Так что если мы и найдем ее, то только здесь.
– Какого черта! – непроизвольно сорвалось с языка. Ленка недоуменно посмотрела на меня, а я указал глазами вперед.
Наше одиночество ктото нарушил, и на только что совершенно пустынной улице мы были не одни. Впереди стояло человек пять местных жителей, которых, судя по виду, и жителямито назвать было нельзя, так здорово подходило к ним слово «абориген». Ага, ага. Именно потому, что те, паршивцы, зачемто съели Кука.
Так вот, пяток этих добрых молодцев выскочили изза угла, и на рожах у них проступало весьма и весьма занятное выражение. И в основном оно касалось белокурой и стройной Ленки. Меня эти образины както ухитрились не заметить. Вразвалочку они шли на нас, а на губах у предводителя играла нагловатая и щербатая ухмылка, отражающая его игривое настроение. И он был вооружен здоровенным ножом.
Ловко поигрывая устрашающего вида клинком, он, полуобернувшись, чтото сказал своим прихлебателям, и те сально заржали. От такого поворота событий я както даже растерялся. Но и в самом деле, ведь впереди у них агония, и многие, должно быть, это поняли. А может, эти тоже уже безнадежно больны и им всё нипочем. Хотя нет. Подонок, он всегда остается подонком. И ежели родился мразью, то так или иначе, а всё равно это дерьмо из тебя вылезет.
Ведь нашла же Наташа Смыслова в себе силы умереть достойно там, на агонизирующей Земле2. И до конца вела репортаж, освещая последние минуты умирающего мира. А ведь тоже могла бы пуститься во все тяжкие.
В общем, по моему мнению, этим гадам не было никакого снисхождения, и я, слегка потеряв голову от предвкушения предстоящего веселья, сделал шаг вперед.
Образина, идущая навстречу, меня проигнорировала, но я был начеку и вовремя увидел грозящую опасность. На какуюто долю секунды я опередил урода, перехватив руку с ножом, готовым вонзиться мне в бок. Ну а дальше, сами понимаете, дело техники. Натренированное до автоматизма тело действовало само. Удерживая кисть нападавшего, резко и довольно сильно рванул в сторону, слегка сместив вектор лучевых костей.
Послышался хруст и вслед за ним короткий вопль, издаваемый удивленным аборигеном.
Благодаря сноровке, а также закалке и тренировке, приобретенной еще в первые месяцы обладания коридором, я успел уклониться от брошенной в меня здоровенной железяки, с довольно внушительным звоном лязгнувшей по мостовой и оказавшейся свинцовым кастетом. Но тут вдруг хлопнул выстрел, и я почти понастоящему испугался. Но как видно, серьезной опасности всё же не существовало, так как вместо того, чтобы, «ретировавшись» в коридор и «переиграть», я в ярости набросился на третьего урода. Въехал ему ногой в солнечное сплетение, выхватывая из ослабевших рук бесполезный для потерявшего сознание темнокожего парня пистолет.
«Какого дьявола? – злился я, ловя на мушку ближайшего нападавшего и нажимая на курок. – Откуда они, уроды, взялись на мою голову? И вообще, зачем им это нужно?» Хотя зачем – это понятно. Ну не могут они иначе, чтоб не покуражиться, наслаждаясь безнаказанностью. И я начал стрелять, беря на душу очередной грех, и внаглую превышая меры самообороны. Получая при этом какоето зловредное удовлетворение от производимых антиобщественных действий.
Но, паля в азарте направо и налево, всё же ухитрился ни в кого не попасть. Выпущенная из пистолета пуля, кажется, это был браунинг, не угодила туда, куда ей положено, то есть в грудь нападавшему, а пролетела мимо, скрывшись в необозримых далях южного вечера. Такая же участь постигла и двух ее товарок. Я про себя засмеялся. Даа, дружок. Это тебе не саперной лопаткой орудовать. Тут другие умения надобны. Но всё же предпоследней
