Попаданцы. Порталы в иные миры. Беспощадные враги. Верные друзья и, конечно же, приключения. Межмирье, открывающее путь во множество миров — высокотехнологических и средневековых, магических и почти ‘земных’… В него можно не только войти, но и пронести с собой груз — или провести людей.
Авторы: Бурак Анатолий
тому, которое возглавлял Генерал. Да и отрекомендовался он, если помните…
Снова мраморные ступеньки, красная ковровая дорожка и гипсовые бюсты шибко отличившихся на славном поприще служения великому делу. Впрочем, если уж продаваться на всю жизнь в добровольное рабство, то уж обязательно чемуто большому и значительному. С непременными атрибутами вроде Званий, Должностей и висюлек на лацканы пиджаков и мундиров.
Секретарша, правда, помоложе, и сквозила у ней во взгляде такая стервозность, что я невольно пожалел хозяина кабинета. Ну, нельзя, в моём понимании, всё время иметь под боком ту, с которой делишь постель. Женщина и работа вещи взаимокомпенсирующие.
Вы говорите, а как же Инна?
Но, должен вам сказать, что я никогда не относился к тому, что я делаю как к службе. Мне просто интересно. Да и сейчас тоже, если честно, энтузиазм не угас. Этот же, явно использовал служебное положение для удовлетворения собственного либидо. Вернее, они оба использовали.
И это внезапное понимание, помимо воли настроило меня отрицательно. Да, да. Вот так на уровне эмоций я принял решение до начала разговора.
Но, если разобраться, то, что он предлагал, было в любом случае неприемлемо.
– Чай, кофе?
– Минералку. Если можно, минскую, номер четвёртый.
Он распорядился. Козочку, оказывается, звали Элеонора. Воду принесли в запотевшем бокале, и я отдал должное дипломатичности хозяина кабинета. Просил Минскую пожалуйста. Ведь, кто его на вкус разберёт. Вроде как похожа.
Он молчал, изучающе глядя на меня, и я, шумно отхлебнув и поставив стакан на поднос, начал первым:
– Итак?
Генрих Свиридович торжествующе улыбнулся. Знаем, знаем, ваши прсихологическе игры. Раз первым начал, не сдержал любопытства значит уже на крючке. Боюсь вот только, резьба на моём винте тебе не понравится.
Я слушал, полуприкрыв глаза и не оченьто вникая в смысл отдельных слов. Прав ты Сенсэй. Тысячу раз прав. Вот и этот туда же. Неглупый мужик. Коечто сопоставил, малёк притянул за уши. Но, в целом, картину нарисовал болееменее похожую.
Правда, на первом месте у него стояли девочки, да и способности он им приписал совсем уж мистические. Но молодец, молодец.
Что ж, с почином, Юрий Андреевич. Со времён ныне покойного Игоря Вячеславовича Кузнецова это первый наезд. Или, если хотите, деловое предложение. Но тогда, объектом был непосредственно Виктор. Так что, сподобился я впервые.
А вот это вы зря, дорогой мой. Близнецы здесь не при чём.
Пуп земли хренов. Вернее, собирающийся в кандидаты. Пупок, пупочек. Нет уж батенька. Как сказала бы вызвавшая твоё любопытство Инна: «Солдат может стать генералом, а может и не стать. У блеющей баранины же путь один». А ты и не мечтал, не грезил о шашлыке, из себя любимого?
Тоже мне: «Вот я»!
Головка от буя. Внешность твоя меня не впечатлила. Речи косноязычны и не отличаются оригинальностью. Слышали, слышали мы уже такие. Да и характерец твой мне чтото не очень. Так что извини, брат. Сейчас я начну совершать никогда не виданные тобой, и алогичные с твоей же точки зрения поступки.
Судя по первому впечатлению, это пока что личная инициатива. Шанс, так сказать, выбиться в люди. Так что, о нашем разговоре, я почти уверен, кроме нас троих никто не знает. Прошу, вас, нижайше прошу в гости.
Идиот не успел понять, что к чему, а берега «моей» реки уже оглашали тоскливые завывания. Я сделал ему инъекцию и «вернулся» в кабинет. ЛюдоедкаЭллочка, пусть и невольно, а замешана. Так что…
Я неторопливо брёл по вечерним улицам, осоловело пялясь по сторонам. Вокруг, обгоняя и спеша по своим делам, шли другие люди. Мчались машины, светя красными и жёлтыми огнями. Иногда потоки транспорта останавливались, чтобы пропустить пешеходов, чтобы затем снова начать бесконечный и неведомый мне путь. Тверская, Охотный ряд. Вот и новый Манеж, воздвигнутый на месте сгоревшего по непонятной причине. Огромное количество фонарей разом зажгли огни, и стало светло как днём. На лавочках, забитых до отказа сидела молодёжь. Подобно виноградным гроздьям пацаны и девчёнки облепили чугунные ограды и мраморные бортики фонтанов. Звенели гитары, тут и там раздавалось нестройное пение. Народ развлекался, как мог, успевая при этом есть, пить и заливисто смеяться, радуясь неизвестно чему. Впрочем, имто это известно. Жизни, жизни они радуются. Молодости и беззаботности. Ведь это такое счастье, когда не видишь впереди забот.
Сколько времято? Но, не успев спросить, я тут же получил ответ. Забили куранты на Спасской башне. Одиннадцать часов. Под ногу попалась пресловутая пивная жестянка и я, сами понимаете, не упустил случай поупражняться. Однако тинэйджерам, занятым сигаретами, дымок
