Попаданцы. Порталы в иные миры. Беспощадные враги. Верные друзья и, конечно же, приключения. Межмирье, открывающее путь во множество миров — высокотехнологических и средневековых, магических и почти ‘земных’… В него можно не только войти, но и пронести с собой груз — или провести людей.
Авторы: Бурак Анатолий
так что и «выйти» должны были в какомлибо подобии города. Ведь люди подсознательно, помимо воли, селятся в лучших местах. И неважно, в какой реальности ты «материализовался». Человек это такая истота, чей внутренний барометр не подводит ни в коем случае. И, если уж в месте «выхода» не было видно следов цивилизации, то значит, что этот мир пуст. В смысле безлюден ибо, как известно, «свято место полностью пусто не бывает».
Мы стояли на вершине холма, и перед нами открывалась излучина широкой реки. Солнце садилось и, отражаясь в спокойных водах, освещало лица красноватым светом. Слева начинался лес и, укрытый сумерками, он невольно заставлял поёжится, производя мрачноватое впечатление. Послышался какойто звук, классифицировать который я сходу затруднился. Чтото, навевавшее воспоминание то ли о «Дикой собаке Динго» а, может, напомнившее никогда не слышанный вживую, и представляемый по книгам Майн Рида лай койота. Неприятные, в общем, ощущения.
И, в то же время, на душе стало както веселей. Раз здесь так вольготно чувствуют себя хищники, значит, Сапиенсов и впрямь в этом мире нет. Не позволили бы разумные существа просто так «пропадать» такому классному месту. Да и волков бы, уж точно бы повыбили. Разве что, в очень уж первобытном состоянии находилось здешнее общество. Но, после посещения парытройки миров у меня сложилось впечатление, что развитие происходит приблизительно одинаково. Во всяком случае, «первобытных» я ещё не встречал. Так что Ура! ставшая почти родной безлюдная планета, отстоявшая от Ленкиного мира на «один переход» может спать спокойно. Во всяком случае, в ближайшем будущем. А то ведь, я уже мысленно простился с этим чудом, нетронутым человеком.
«Вот сюда мы вас, миленьких, и заселим…» Пронеслась в голове мысль, а на губах заиграла радостная улыбка.
Дико здесь как… Протянула Инка. И ни души вокруг…
Так это ж здорово! Я схватил её в охапку и закружил, повинуясь весёлой мелодии, звеневшей в голове.
Но Инна, всё же не была почитательницей дикой природы и, дёрнув меня за ухо, буркнула.
Отпусти, Юрка, Платье помнёшь.
Платья было жаль и, поставив Инну на ноги я взглянул на Кени.
Ты готова?
Та пожала плечами и, взяв нас за руки «сделала шаг».
Морские волны всё так же лениво накатывались на золотистый песочек. Одинокий шалаш попрежнему стоял под пальмами и подле него лежали спасённые мной агны.
Ого! Непроизвольно вырвалось у Инны. Да их же здесь до чёрта!
Так ведь оптом дешевле. Отшутился я. И притворногрозно нахмурил брови, почувствовав, как снова натянул кожу парафин. Топиться сама полезешь, или помочь?..
Ага, размечтался. Фыркнула чертовка. Вот прямо счас умоюсь слезами раскаяния, и ими же и захлебнусь…
Да уж… Эт я погорячился, наверное. Перетрудился, понимаешь, в последнее время, вот и подзабыл, что к чему.
Господи, да ведь здесь большинство женщины. Ахнула Инна, бродя меж лежащих на песке тел. Около двадцати… И, глянув на меня, не удержалась, что бы не пустить шпильку. Я, между прочим, всегда знала, что от мужиков в любом деле толку мало.
Спорить с чертовкой себе дороже и я благоразумно промолчал. Ну её к Аллаху, пусть шипит, абы не кусалась.
Я подошёл поближе, внимательно вглядываясь в лица спасённых агнов. В пылу операции, было не до физиономических наблюдений. Да и, какая к чёрту разница, мужики это или бабы? Инна же, со свойственной женщине чуткостью к таким вещам, в первую очередь обратила внимание именно на незначащие для меня мелочи. Женщины, как и положено прекрасному полу, были гораздо более хрупкими и явно ниже ростом. Правда, насчёт очарования и прелести я что либо сказать затрудняюсь. К тому же все были в бессознательном состоянии, что, как известно, никого не красит.
Инна присела возле одного из тел и, взяв в руки медальон на цепочке, долго всматривалась в изображение.
Несчастная… Пробормотала она. Гдето там остались её дети…
Ну вот, пожалуйста. Не успел расхлебать одну глупость, как на горизонте вовсю маячит следующая. И, впрямь, «мы в ответе за тех, кого приручили». По крайней мере, в долгу у них так точно. Так что, я лишь хмыкнул.
Как скажете, мэм…
Да ято что. Вздохнула Инна. Но, раз уж так вышло… Ты бы смог забрать у матери её детей?
Господи, я тут при чём? В голосе моём сквозила усталость и вселенская скорбь.
И, в самом деле, выходит, что опять комуто чтото должен. Хотя, если разобраться, никто ведь не заставлял. Мог бы спокойненько пропустить информацию мимо ушей и вернуться в Приют. Видать, всё и впрямь предопределено, раз дёрнула меня нелёгкая ввязаться в очередную авантюру. Когдато немецкий философ Людвиг Фон Мизез, сказал что «Человеку дано действовать, поскольку
