Ты оказался один в чужом мире, нашел тех, кто стал тебе близок, нашел семью и… в одночасье лишился всего того, что стало тебе по-настоящему дорого. Как быть? Смириться с выпавшими на твою долю испытаниями или, презрев все законы — людские и божьи, пойти на поводу у зверя, сидящего в каждом из нас?
Авторы: Калбазов Константин Георгиевич
причем по установленным ценам, даже сами гульды могут купить себе только в казенных арсеналах и в небольшом количестве. Но у нас гульдский порох продается и все то знают. Эвон и твои пистоли и оружие твоих ватажников тоже тем порохом стреляют, причем не просто гульдским, а лучшим, из Берзеньша. Это только пример, но есть и иное.
— Выходит, контрабандисты для казны выгодны?
— Те кто дурью не маются и пользу приносят, да. А вот кто только деньгу зашибает и о пользе княжества не печется, очень даже излавливаются.
— Ладно. Но сталь нужно будет закупать в Сальджакской империи. Я вызнал, что самую лучшую варят именно там, она-то нам и нужна и желательно отлитая уже в форме прутов.
— Это просто, не так быстро, но просто. Сделаю заказ, изготовят и ввезем.
— Тогда и это бы тишком.
— И это сделаем. Даром что ли, я у тебя холопов Истомы отжимаю. Есть там человечек, может указать к кому обратиться в Астрани.
— Это что же контрабандисты с холопами дела делали?
— Нет, с ними только сами купцы дела делают, иначе те не согласны, тут ить свои законы. Но купец сам не ездит, обязательно с кем-то, а одного посвящать во все свои дела опасно, а ну как кто прознает и человечка прихватит, как ты к примеру.
— Так Любим только с ватажниками дела имел?
— И ни с кем более, дальше только то, что всем ведомо, вот тут он знал многое, как и то, какой товар тишком прибыл, а какой открыто, но через кого не ведал.
— А у тебя со Струком кто общался?
— То пустое.
— Хоть жив?
— Жив. Чего верного человека жизни лишать, случись, так ты ить к воеводе доносы строчить не станешь, сам мне шею свернешь, кабы кто иной, так и отпели бы уж, а так, сгодится еще.
— Не заяц?
— Я не Истома, из ума еще не выжил, привязывать к такому делу того, кто у меня за правую руку. Ить случись, я не моргнув избавлюсь от того человечка, а Истома долго репу чесал бы, ить без ножа себя зарезать.
— Ну тогда уговорились, — Виктор решил прекратить неприятную тему для купца. — Только деревенька та, пусть пока за тобой будет.
— Пусть, — согласился купец.
— Только гляди, чтобы нужды и голода там не приключилось, я все оплачу.
— Сделаю все. Да не гляди ты на меня так, все по совести сделаю. Да, чуть не забыл. Под товар тот, сколько телег нужно?
— Да одной за глаза. Набор вон в такой ящик уместится, — показал руками Виктор, так что и веса небольшого, и места немного займет.
Покончить с купчей было делом не долгим, так что очень скоро, Виктор с восполненным и даже потяжелевшим кошелем, был свободен как ветер. Поэтому не задерживаясь ни на одну лишнюю минуту, чтобы не дай Бог, чего не приключилось, он со своими людьми поспешил покинуть славный Звонград.
Дух он смог перевести, только когда они прошли городскую заставу, при этом не забывал клясть себя за свой длинный язык и неуемный нрав. Всего-то надо было промолчать, и намекнуть про того мужика, оно и подьячему угодил бы и от Лиса окончательно отвел бы подозрения. Слухи о соглядатаях подьячего по граду растекались один интереснее другого, так что теперь и сам черт ногу сломит как именно начальник острога направил посадников по следу ватаги. Виктор не сомневался, что слухи те сам его нечаянный враг и распространял. Выходит свою пользу один черт поимел, к тому же и награда ему выпала, так какого тогда нужно было устраивать цирк. Ну да, все мы крепки задним умом, нет чтобы сразу.
Час для путешествия был выбран неурочный, уже перевалило заполдень, всюду грязь непролазная, морось сменилась дождем. В такую погоду хорошо сидеть в теплой избе у окошка и попивать квас или еще чего покрепче, но никак не путешествовать. Люди удивленно крутили головами и переглядывались между собой, чего это атаман еще решил учудить. Мало что скоро темнеть начнет, так еще и едут не в ту сторону.
— Атаман, а ты часом не заплутал? — Не выдержав подъехал к нему Зван, в отсутствие Горазда, исполняющего обязанности помощника.
— Отчего так решил?
— Так, эта дорога ведет не в Приютное, а в Брячиславль.
— А чем тебе стольный град не мил? Там в кабаках не то пиво наливают, а у девок все поперек?
— Эк ты загнул. Надо будет запомнить. Стало быть, гулять в Брячиславле будем.
— Выходит, что так.
— А если серьезно?
— А если серьезно, то пора бы вам серьезным оружием обзаводиться.
— Таким? — Зван аж дыхание задержал, переведя взгляд на карабин Виктора, заботливо укрытый от дождя в кожаном чехле.
— Если у тебя найдется монета, то можно и таким.
— А сколь такой стоит?
— Двести рубликов.
— Так нешто у нас в кубышке таких денег нет?
— Отчего же. Но только честно скажи, ты готов почти все свое серебро отдать за это оружие? Доли вам ваши известны, так что сколько в той кубышке именно твоего тебе ведомо.
Ну
