Ты оказался один в чужом мире, нашел тех, кто стал тебе близок, нашел семью и… в одночасье лишился всего того, что стало тебе по-настоящему дорого. Как быть? Смириться с выпавшими на твою долю испытаниями или, презрев все законы — людские и божьи, пойти на поводу у зверя, сидящего в каждом из нас?
Авторы: Калбазов Константин Георгиевич
ничего не подумает.
— Нешто не свяжут одно с другим, ватагу-то я изловлю?
— Если все тишком сделать, то ладно получится. Поначалу взял ватагу, они указали на купца, чего только не случается.
— Ну ты и жук. Ничего не ве-едаю.
— Дак и не ведаю. Догадываюсь, но как ту догаду разгадать, то уж сам думай.
— Ладно, выкладывай.
— Есть тут один купец, Истома. Он как и многие, между делом контрабандой пробавляется, но есть у него что-то очень мне знакомое, некий избыток товара, отчего не так за цену ломится, легче как-то. Одним словом больно на меня самого похоже, в словесах пару раз что-то эдакое улавливал, как объяснить и не знаю, но если купец с татями повязанный есть, то это Истома, иных в Звонграде не ищи.
— Так откуда ему дармовой товар, коли нападение не удалось-то? С чего бы ему не так ломиться?
— А ты чего на Большой тракт пялишься, иных дорог нет? Ну, сунулись один разок, получили по зубам, да опять ушли в сторонку. А потом, раньше и вовсе могли в ином месте обретаться, тут-то Струк куражился.
— Ладно. Стало быть, Истома.
— Никак самого решил сцапать. И думать не смей. Мало ли, вдруг я ошибся и что тогда?
— Предложить что хочешь?
В ответ Лис только дернул за веревочку, беззвучно так дернул, но через несколько секунд дверь отворилась и туда заглянул парнишка из дворни.
— Позови Зайца.
— Слушаюсь, — тряхнул лохматой головой парень и тут же исчез.
— Давно спросить хотел. По себе помощника подбирал что ли, ты Лис, он Заяц.
— Само как-то получилось.
— А он зачем в наших делах?
— Он при мне, то же что и Любим при Истоме. Возьмешь его, все дела купца вызнаешь, только времени тогда у тебя останется чуть. А Заяц точно знает где его можно прихватить, так чтобы по тихому. Дальше дела твои.
— Да, Лис, ты особо-то губу не раскатывай, все сделано будет мною, так что тебе только треть, две трети мне и моим людям отойдет. Коли ты открыто свидетельствовал бы, то наоборот, но ты ведь хочешь тишком пройти.
— Да, понял уж, — махнул рукой купец. Правда в то, что это и вся его выгода, Волков ни разу не поверил. Наверняка у Истомы и свои каналы контрабанды имелись, которые Лис быстренько приберет к рукам.
После посещения Отряхина, все закрутилось с такой скоростью, что только и успевай поворачиваться. Любима прихватили когда он по темноте подходил к дому одной вдовушки, которую он навещал два раза в неделю и сегодня был как раз один из этих дней. До утра, а то и обеда его никто не хватится. Потом пока сообразят что к чему, пока то, пока се, одним словом около суток в распоряжении Виктора имелось, но вряд ли больше.
Короткий экспресс-допрос, проведенный в поле, тут же дал плоды. К радости Виктора особо стараться не пришлось, мужик с виду хоть и крепок, оказался хлипковат, клоться начал как орех сразу и по полной. Прав оказался Лис, все же глаз алмаз, вот только действовать нужно было быстро.
Ватага обреталась в тридцати верстах от Звонграда, в одной из долин невысокой горной гряды. Вход в долину один, по узкому краю у бурного потока реки, весной или после ливневых дождей и мечтать было нечего, чтобы выйти оттуда или попасть туда, потому как поток протекал по расщелине, между двумя отвесными скалами. Долина была небольшой, не больше версты в длину, а в ширину и того меньше. На склонах, там где не было деревьев можно было выпасать какое-то количество скота, но не так чтобы и много. Одним словом, отличное укрытие, но для проживания никак не подходящее.
Долина упиралась в отвесные скалы, в которых имелась огромная пещера, состоящая из нескольких камер, где собственно банда и обреталась. Эта пещера внушала Виктору опасения, так как могла уходить вглубь горы на многие километры и иметь бесчисленное множество ответвлений. Если кто успеет уйти под каменные своды, поди его потом там найди, ватажники наверняка уже излазили те проходы, уж в радиусе нескольких сотен метров точно, так что если Виктор со своими людьми сунется туда, то вполне возможно, что им там устроят кровавую баню.
Но то все дела будущие, сейчас же главное скорость. Тридцать верст в оба конца, это уже получается дневной переход всадника, добавить пересеченную местность, да как там и что срастется. Мало суток. Ох мало.
Пока двигались по открытой местности, приходилось выдерживать весьма высокий темп, но впереди был участок поросший лесом, по которому предстояло пройти не менее пяти верст. Когда деревья сомкнули свои кроны над их головами, пришлось сбавить ход до черепашьей скорости, придерживаясь русла реки как путеводной нити. Течение спокойного на равнине русла по мере того, как они углублялись в лес и поднимались, становилось все более узким и бурным.
Примерно через час после рассвета были уже у прохода. Все как и рассказал
