На секунду Андрею показалось, что сейчас Яр спросит: «Зачем?». И тогда, если бы он спросил, Андрей ответил бы, смог объяснить, что в ту секунду, когда прогремел выстрел, готов был умереть за него. Яр убрал руку и встал. Исчез в темноте, оставив Андрея наедине с подступившим со всех сторон одиночеством. СЛЭШ!
Авторы: СоотХэссе Нэйса
не хотелось, и он ещё какое-то время удерживал его в руках, прежде чем разомкнуть объятья.
Когда за Андреем захлопнулась дверь, Яр потянулся за мылом и стал торопливо намыливать голову, а заодно и плечи. Он ожидал, что когда выйдет, Андрей окажется в том номере, где ещё не было Яриковых вещей, на первом этаже. А значит, придётся либо ложиться спать без него, либо силой тащить к себе. Как оказалось, Яр ошибся – Андрей лежал на выбранной Яром кровати, подтянув под себя колени, и щёлкал пультом от телевизора.
Яр подошёл и сел рядом с ним. Кровать скрипнула, принимая в себя тяжёлое тело, но выдержала. Яр подумал и, устроившись поближе, положил руку Андрею на шею.
Тот тут же отложил пульт и устроился поудобнее, опустив щёку Яру на плечо.
— Извини, — буркнул он тихо, и Яру самому стало стыдно. Мгновенно исчезли одиночество и холод, и хотелось только стать к Андрею ещё ближе, проникнуть в него всем существом.
Андрей явно ощутил этот позыв, потому что положил ладонь Яру на промежность и погладил, нащупывая затвердевающий член.
Яр поймал его подбородок и, приподняв чуть-чуть, поцеловал – неторопливо и вдумчиво, дегустируя вкус сладких губ, которые не мог бы сравнить ни с чем, что пробовал до знакомства с Андреем.
«Кто бы мог подумать, что в моей жизни его станет так много…» — мелькнула в его голове мимолётная мысль и тут же растворилась в волнах блаженства, разбегавшихся по животу.
Яр отпустил подбородок Андрея и тоже, нащупав его член, стал поглаживать, стараясь попасть в такт движениям любовника.
Всё было так неторопливо и сладко – две руки двигались, то обгоняя друг друга, то снова замедляясь в попытке сравняться. Пальцы скользили вниз, исследуя мягкий мешочек мошонки, и убегали вверх в непреодолимом порыве приласкать целиком, огладить рельефный живот, трогательно отзывавшийся на прикосновения. И в то же время волны наслаждения продолжали скользить по обоим телам. Всё было так неторопливо и сладко, что Яр не заметил, как тугой комок, набухший внизу живота, стал невыносимо тяжёлым и взорвался, изливаясь в пальцы Андрея – и тогда только обнаружил на своих собственных пальцах тёплую влагу.
Он замер, продолжая удерживать Андрея за плечи одной рукой. Андрей потянулся и тоже обнял его поперёк живота.
Какое-то время оба молчали, не желая вырываться из недолгой близости, которая накрыла их с головой. Яр вслушивался в шум редких машин, шуршавших колёсами за окном. Андрей слушал дыхание Яра, положив голову ему на грудь, и пытался заставить себя поверить, что всё это если не навсегда, то хотя бы надолго. Получалось с трудом.
— Куда мы едем? – первым прервал молчание Андрей.
— На Байкал, — ответил Яр в тон ему.
— Куда? – Андрей дернулся, поднимая голову, и удивленно уставился на него.
Яр усмехнулся, увидев его расширившиеся глаза.
— Это озеро такое, Андрей. Ты в Англии географию родной страны не учил?
Андрей покраснел. С географией у него, похоже, и правда было не очень.
— Я знаю, что такое Байкал, — буркнул он. – О нём даже Кусто фильм снял.
— Ну и что спрашиваешь тогда?
— Я к тому, что это же далеко, — Андрей успокоился немного и снова стал укладываться у него на груди.
— Поэтому и на Байкал, — Яр не удержался и погладил его по распушившимся после душа волосам.
— Есть много мест дальше… Куда добраться намного проще.
— А я люблю Сибирь.
Андрей поднял голову и посмотрел на него скептически, чуть изогнув бровь.
— Я там вырос, — сказал Яр и уложил его обратно. – Потом в универ в Москве поступил. Но не доучился, проблемы начались, и в армию загремел. А потом… Ну… Мне понравилось. Всё просто. Ты или тебя. Все уже домой собирались, а я решил остаться.
Андрей хмыкнул.
— А что за проблемы? – спросил он после паузы.
— У отца спроси.
Андрей промолчал. Думать об отце не хотелось, а тем более – говорить.
— Ты на Байкале вырос? – решил он вернуться к более приятной теме.
— Нет. Подальше чуть-чуть.
— У тебя, наверное, там семья?
Яр повёл плечом.
— Да нету там никого. Мать была… конца войны не дождалась. Теперь только кусок земли и изба, да и то я наследство не стал оформлять. Ну его к чёрту.
Снова наступила тишина. Андрей зажмурился, наслаждаясь непривычно нежными прикосновениями.
Яр гладил его – такое бывало не раз. Но в его прикосновениях всегда сквозила опаска, будто он касался горячего металла.
Сейчас он просто двигал рукой, как мог бы гладить собаку или кота, и явно не думал ни о чём из того, что заставляло его держаться на расстоянии всегда.
Прошло почти три года, а Андрей так и не понял, что творится у него в душе. Так и не смог узнать, кто он такой – Ярослав Толкунов. Приходилось
