На секунду Андрею показалось, что сейчас Яр спросит: «Зачем?». И тогда, если бы он спросил, Андрей ответил бы, смог объяснить, что в ту секунду, когда прогремел выстрел, готов был умереть за него. Яр убрал руку и встал. Исчез в темноте, оставив Андрея наедине с подступившим со всех сторон одиночеством. СЛЭШ!
Авторы: СоотХэссе Нэйса
и закрывался в одиннадцать, и какие-то самодеятельные концерты раз в неделю. Первое и последнее Андрей отмёл сразу же, а вот бильярд и ресторан собирался посмотреть, о чём и сообщил Яру, едва тот проснулся.
Яр ничего против не имел. Он был сонный и расслабленный с самого пробуждения, и у Андрея даже промелькнула мысль повторить вчерашний опыт ещё разок, но он решил всё же не рисковать.
— Так ресторан или бильярд? – поинтересовался Андрей, заваливаясь на кровать поверх него, так чтобы можно было заглянуть Яру прямо в глаза.
— Ты играешь? – спросил Яр.
— Нет.
— Я тоже нет. Так что ресторан.
Яр прижал одной рукой Андрея к себе, чтобы не уронить, а другую вытянул над головой, потягиваясь. Он снова закрыл глаза и несколько минут лежал так, поглаживая Андрея по спине. А потом подтолкнул его в сторону, давая понять, что собирается встать, и когда Андрей скатился вбок, слез с кровати и стал одеваться.
До ресторана они добрались часам к восьми – шли пешком по лесу и в кои-то веки Андрей не чувствовал границ, не искал направленных на них взглядов и не пытался сдерживать свои чувства. Он то вис у Яра на плече, то норовил поцеловать и Яр постепенно заражался этой бестолковой весёлостью. Пару раз на его лице даже промелькнуло подобие улыбки.
— Всё, Андрей, почти пришли, — в конце концов сказал он и отодвинул Андрея от себя, когда впереди уже замелькали бревенчатые домики администрации.
Ресторан оказался почти пуст, и Яр довольно быстро понял почему – цены здесь были примерно такие же, как в лучших заведениях Москвы, хотя предлагали гостям на выбор только отбивные и жаркое.
— Несите всё, — махнул он рукой в конце концов. – И вина. Бутылочку поприличней.
Официанточка кивнула, обожгла напоследок прицельным взглядом сначала одного, потом другого, но, так и не дождавшись ответной реакции, скрылась на кухне.
Вскоре появилась и музыка – певица на сцене пела не слишком хорошо, но явно очень старательно, и то и дело бросала косые взгляды на единственных посетителей.
А ближе к девяти в зал вошли ещё двое – одинокий темноволосый мужчина в костюме, не слишком смотревшемся на фоне интерьера, и охранник в кожаной куртке.
Первым их заметил Андрей. Напрягся немного, предчувствуя, что двое таких людей не могли одновременно оказаться в такой глуши просто так, но ничего не сказал. Он отвернулся и уткнулся в винную карту, а потому не заметил, как мужчина подошёл к их столику и остановился у него за плечом.
Зато заметил это Яр. Хотя он увидел вошедших позже Андрея, но взгляда от них уже не отводил и не столько из-за смутных предчувствий, сколько от того, что вполне конкретно узнал брюнета. Он ещё не был уверен, узнает ли тот его, и не был уверен, хочет ли он, чтобы тот его узнал. Однако когда постоялец подошёл вплотную и остановился у Андрея за плечом, сомнений уже не оставалось.
— Богдан, — сказал Яр. Не отрывая взгляда от того места, где рука Богдана скрывалась у Андрея за плечом, он потянулся к карману. Одну руку оставил лежать на рукояти пистолета, а другой вытянул из нагрудного кармана пачку сигарет и, закурив, откинулся назад – так, чтобы Богдан видел лежащую на рукояти ладонь.
Андрей вздрогнул, когда имя было произнесено вслух. Он медленно выпрямился и посмотрел на Яра в упор — выжидающе и с какой-то непонятной опаской. Яру захотелось дёрнуть его на себя, так чтобы он не находился с Богданом вплотную, чтобы не было сомнений, что Богдан держит или не держит в руке, но он сдержался и лишь коротко кивнул.
— Давно не виделись, — Богдан улыбнулся. – Ярослав Игнатьевич, – улыбка его стала ещё шире. – Яр.
Яр молчал.
— Можно присесть? – спросил Богдан, указывая на соседний стул кивком головы.
Яр медленно кивнул.
Богдан опустился на свободный стул, и Яр, наконец, с облегчением выдохнул, когда на виду оказались обе его руки. Зато в следующую секунду Андрей взвился с места и, ураганом промчавшись к выходу, исчез за дверью.
— Нервный он у тебя, — Богдан, как ни в чём не бывало, выудил из кармана сигаретку и засунул её в рот.
— Это точно, — процедил Яр, не отрывая взгляда от захлопнувшейся двери. – Пойду разберусь.
***
Андрей стоял, глотая ртом свежий воздух, будто рыба, выброшенная на берег.
«Вот оно! Вот оно!» — вопил кто-то въедливый внутри него. Андрей и сам знал, что «вот». Что этого он ждал. И что теперь до самой чёртовой ночи он никому уже не нужен. Что потом Яр придёт – если придёт вообще – пахнущий коньяком и разморённый, и лучшее, что он сможет сказать Андрею тогда, это снова обозвать его шлюхой и заставить делать какую-то дрянь.
— Андрей, что за хрень?
Андрей вздрогнул, услышав голос Яра за спиной. Сжал кулаки, чтобы не заорать и не ударить того
