На секунду Андрею показалось, что сейчас Яр спросит: «Зачем?». И тогда, если бы он спросил, Андрей ответил бы, смог объяснить, что в ту секунду, когда прогремел выстрел, готов был умереть за него. Яр убрал руку и встал. Исчез в темноте, оставив Андрея наедине с подступившим со всех сторон одиночеством. СЛЭШ!
Авторы: СоотХэссе Нэйса
мочку уха, так что тот вздрогнул. – Ты просто весь… Как судорогой сведён. Мне говоришь расслабиться, а сам… — Андрей нырнул носом ему под ухо и потёрся о тонкую кожицу, а потом вернулся назад и продолжил. – Позволь мне расслабить тебя?
Яр не ответил, и Андрей решил, что это похоже на разрешение. Он перекинул ногу через бёдра Ярослава и потёрся о него, а потом поймал в ладони его щеки и приблизил свои губы к его губам.
— Я не разрешал.
От ледяного голоса Яра его будто водой окатило. Андрей прикрыл на секунду глаза, снова сглатывая обиду, и сказал тихо, но насколько мог ровно:
— Хорошо. Тогда скажи, как далеко я могу зайти.
Яр молчал.
Андрей наклонился ниже и поцеловал его за ухом. Спустился ниже и коснулся губами шеи над ключицей.
— Ты никогда не трогаешь меня, — прошептал он, — будто я прокажённый…
— Сколько ты выпил?
Андрей отстранился и посмотрел ему в глаза. Слов не было.
— Хочешь меня расслабить? – спросил Яр. Он скользнул рукой по затылку Андрея, почти лаская, а затем поймал за волосы и оттянул его голову назад. Секунду просто смотрел на лицо, покрытое ссадинами, и нежное, почти прозрачное горло. Затем развёл колени, и Андрей понял, что падает на пол между его ног. Яр пригнул его голову и ткнул носом себе в пах, — давай, работай.
Андрей сглотнул. К глазам подступали слёзы, но он послушно расстегнул брюки Яра, приспустил бельё и замер, разглядывая большой напряжённый член.
— Яр, я не могу, — прошептал он и снова сглотнул тугой комок в горле.
— Что?
— Я не умею, Яр. Прости.
— Рот открой.
Андрей колебался секунду, а затем выполнил приказ.
Яр сходу наполнил его до краёв и ткнулся в горло. Порно Андрей смотрел, но никогда не думал, что принять член целиком так тяжело – глотка выталкивала его сама, и к горлу подступала тошнота. Слёзы катились уже сами собой, не столько от обиды, сколько от постоянных спазмов. Дышать было нечем, но Яр всё толкался внутрь него, упираясь каждый раз головкой в мягкую гортань, пока, наконец, не попал как-то удачно, так что член вошёл в самое горло Андрея. Он тут же выдохнул, и Андрей понял, что Яр кончает. Вкуса спермы он не почувствовал – член был слишком глубоко. И в этот миг Андрей был этому рад.
Яр выпустил его волосы и похлопал по щеке.
— Не так уж трудно, да?
Андрей мотнул головой, всхлипнул невольно и откатился в сторону. Его трясло от едва пережитого унижения и обиды. Он не мог понять – за что. Не мог понять, зачем так.
Он обнаружил, что спрашивает вслух, когда Яр ответил:
— Потому что ты мой, Андрей. И должен об этом знать.
Он не двинулся с места, так и остался сидеть, глядя в огонь и лениво вытягивая из тарелки копчёности, и Андрей тоже не шевельнулся. Просто лежал, глядя в темноту, и слёзы катились сами собой. Он не мог заставить себя обернуться, посмотреть в глаза тому, кто только что поимел его в рот. И заставить себя уйти тоже не мог.
========== 5. ==========
— Куда мы едем? – спросил Андрей.
Ярик затолкал его в машину молча, не объясняя ничего, и теперь уже добрых полтора часа гнал по шоссе на своей тарахтелке. На заднем сиденье пахло бензином, и Андрей чувствовал себя как с похмелья – вот только не пил он с самого нового года. Накрепко врезалось в память чёртово Яриково: «Сколько ты выпил?», и больше он с водкой в руках попасться не хотел.
Прошло ещё две недели, но в их течении не изменилось почти что ничего. Разве что времени на стрельбу стало меньше, потому что теперь Яр постоянно занимался с ним сам – к рождеству Андрей уже начал отбивать некоторые удары, но настолько редко, что от постоянной боли в разбитом теле начинал уже впадать в уныние.
— Что ты от меня хочешь? – спросил он как-то, не выдержав. Андрей в который раз лежал на земле, побитый, а Яр стоял над ним без единой царапины, — ты здоровее меня в два раза.
— Сколько весишь?
— Ну, шестьдесят два.
— Брюс Ли весил пятьдесят шесть.
— Пиздец, ты меня и мировую звезду сейчас сравнил?
— А чем ты не звезда?
Андрей покраснел. За три недели в этом доме он напрочь отвык от комплиментов, да и не был уверен, что это комплимент. Но Яр протянул ему руку и, вцепившись в неё, Андрей поднялся на ноги.
— Я устал, — бросил Яр, отпуская его, и пошёл в дом. Андрей остался стоять.
Яр умел кинуть короткую фразу, которая надолго ввергала Андрея в шок. Из своей прошлой жизни Андрей едва ли мог вспомнить хоть один случай, когда ему приходилось подолгу обдумывать чьи-то слова. Слова Яра – может быть потому, что говорил он вообще редко – Андрей прокручивал в голове целыми днями, снова и снова пытаясь понять, что за ними стоит.
Ещё пару раз Яр уезжал – всё так же без объяснений.
В первый раз привёз книги, и Андрей набросился
