На секунду Андрею показалось, что сейчас Яр спросит: «Зачем?». И тогда, если бы он спросил, Андрей ответил бы, смог объяснить, что в ту секунду, когда прогремел выстрел, готов был умереть за него. Яр убрал руку и встал. Исчез в темноте, оставив Андрея наедине с подступившим со всех сторон одиночеством. СЛЭШ!
Авторы: СоотХэссе Нэйса
— Куда мы едем? – спросил он.
— В аэропорт.
Андрей вскинул на Яра недоумённый взгляд.
— В аэро… порт? Я ничего с собой не взял. Впрочем… — он вздохнул и махнул рукой, – какая разница, во что я одет. Мира уже там?
— Андрей, не тупи, — говоря это, Яр так и не обернулся, но ладонь его будто невзначай скользнула по лежащей на подлокотнике Андреевой руке, будто желая успокоить, но лишь принося новую боль.
— Не надо, Яр, — тихо сказал Андрей и убрал руку. Снова наступила тишина.
Всё так же в молчании они преодолели зелёный коридор и направились к малому взлётному полю, предназначенному для частных самолётов. Поднялись на борт, и пока Яр обговаривал детали вылета с пилотом, Андрей устроился в центральном отсеке и задремал.
Проснулся он обнаружив, что грудь его накрывает колючее тепло. Приподнял веки и увидел совсем рядом Яра, придерживающего клетчатый плед.
— Спи, — коротко сказал Яр.
Андрей закрыл глаза, но как ни старался, уснуть после увиденного не мог.
Яр устроился рядом с газетой в руках и стал что-то читать. В те времена, когда они жили вместе, Яр не читал газет и потому Андрей спросил:
— Что там?
Яр покосился на него и, повернув газету, продемонстрировал заголовок: «Коммерсантъ».
— Статусная фишка?
— Типа того, — Яр усмехнулся и отложил газету в сторону. Повернулся лицом к Андрею и какое-то время просто наблюдал за его заспанным лицом. Потом обнял за плечо и попытался притянуть к себе.
— Ярик, нет, — повторил Андрей тихо.
— Почему? – спросил Яр, всё ещё не выпуская его из рук.
Андрей зажмурился и сглотнул подступивший к горлу ком.
— Яр, не надо так со мной. Я больше не выдержу твоих сюрпризов, понимаешь ты это?
Яр отвернулся.
— Извини.
Рука его исчезла, но Андрей всё ещё не чувствовал облегчения и потому продолжил.
— Я не шлюха, Яр. Что бы ты не говорил. Нельзя просто попользоваться мной и отложить в сторону, чтобы поиграть с другими куклами. А потом взять и снова оттрахать до визга. Мне больно, Яр. Я могу смириться с тем, что не нужен тебе. По крайней мере… Могу попробовать привыкнуть. Но не надо больше со мной играть.
Яр молчал какое-то время, а затем повторил:
— Извини, — и снова взяв в руки газету, попытался сделать вид, что погрузился в чтение. Андрей, впрочем, видел, как гуляют по его щекам желваки. И поскольку уснуть всё равно не мог, спросил:
— Куда мы летим?
— В Церматт, — ответил Яр, уже не оборачиваясь к нему.
— Что там? Какая-то сделка?
Яр покачал головой.
— Просто лыжный курорт.
Андрей продолжал недоумённо смотреть на него, пока Яр не отложил газету и не посмотрел на него в ответ.
— Я не играю, Андрей. Я просто хочу, чтобы эти два дня тебе было хорошо.
Андрей закрыл глаза.
— Это что, какие-то извинения? Если да, то я не понимаю за что.
— Нет. Или не совсем.
Яр вздохнул. Теперь Андрей понял, что он был странным весь этот вечер, не похожим на самого себя.
— Ты как будто… под дулом пистолета меня туда везёшь, Яр.
Яр покачал головой и слабо улыбнулся – и улыбка эта тоже была непохожа на улыбку того Яра, которого он знал.
Яр протянул руку и провёл кончиками пальцев по его щеке.
— Спи, Андрей. Мы сейчас ничего хорошего друг другу не скажем.
Андрей покачал головой.
— Я так не могу. Я не верю тебе.
Яр закрыл глаза.
— А я не готов, Андрей, — медленно произнёс он. – Не готов всё объяснить.
Андрей едва сдержал истеричный смешок.
— А когда будешь готов, а, Яр? Когда мне будет сорок?
— Не знаю. Может, в конце выходных?
Андрей прикрыл глаза.
— Хорошо, — сказал он наконец. – Я поверю тебе. Ещё раз.
Впрочем, как он ни старался, верить не получалось. Даже когда они приземлились, и он увидел Яра – не в обычном его костюме, а как раньше, в простой спортивной куртке и линялых джинсах. Яр улыбался и не отрываясь смотрел на него – всю дорогу и потом, когда они медленно бродили по сугробам. Когда пили шоколад и когда выбирали лыжи, на которых Яр привык кататься в русском лесу, а Андрей не катался кроме уроков физкультуры никогда. И когда потом сидели уставшие в маленькой кафешке около спуска и пили горячий шоколад из больших кружек. Яр продолжал смотреть. Но поверить Андрей всё равно не мог.
— Это сон, — сказал он и закрыл глаза. – Я не хочу просыпаться, Яр.
Он не видел грустной улыбки, мелькнувшей на губах Яра.
И снова Яр коснулся его щеки с непривычной нежностью, а Андрей не выдержал и подался щекой вслед его руке. Потом вскинулся и зло качнул головой, пытаясь избавиться от наважденья.
— Что бы ты хотел, Андрей? – спросил Яр.
Андрей улыбнулся так же грустно.
— То, чего нельзя.
