На секунду Андрею показалось, что сейчас Яр спросит: «Зачем?». И тогда, если бы он спросил, Андрей ответил бы, смог объяснить, что в ту секунду, когда прогремел выстрел, готов был умереть за него. Яр убрал руку и встал. Исчез в темноте, оставив Андрея наедине с подступившим со всех сторон одиночеством. СЛЭШ!
Авторы: СоотХэссе Нэйса
Тебя.
— Зачем?
Андрей пожал плечами.
— Я не знаю, Яр. Я думал об этом много раз. Может, это просто упрямство, или я слишком привык получать своё. Может, ты прав, и я просто ш…
Яр быстро накрыл пальцами его губы, не давая последнему слову слететь с языка.
Потом наклонился и заменил пальцы своими губами. Сердце Андрея застучало бешено от осознания того, что это на самом деле происходит. От того, что это происходило не в полумраке спальни, где они прятались бы как прокажённые от чужих глаз, а в кафе, на глазах у десятков людей. Он сам не заметил, как сдался, поддался на поцелуй и раскрыл губы, впуская Яра в себя.
— Это сон… — прошептал он, когда дыхание закончилось, и Яр чуть отстранился от него.
— Андрюш, пошли домой?
Андрей опустил веки и беззвучно кивнул.
Они вернулись в номер, где были до этого недолго – Яр бросил вещи, а Андрей переоделся в его джинсы и свитер, несоразмерно огромные для него.
Яр смотрел на него, и в его глазах Андрей видел то, что не читал на его лице давным-давно – восхищение. Сейчас оно было чистым, почти не смешанным с желанием, но этот взгляд лишь сильнее убеждал Андрея в том, что всё происходящее – сон.
— Станцуешь для меня? – спросил Яр и добавил: – пожалуйста.
Андрей покраснел. Это тоже было так давно… И никогда не звучало просьбой, только как приказ.
Андрей огляделся в поисках музыкального центра. Нашёл его в углу. Перебрал кассеты, но не нашёл ничего.
— У меня что-то было, — пробормотал он, извиняясь, и полез копаться в своих сваленных в углу вещах. Извлёк кассету и вставил в магнитофон.
От первых же звуков Яр вздрогнул, и глаза его расширились, но он так и не сказал ничего.
«Сбереги меня, прошу, я слабее, чем кажусь…»
Эта песня тоже мало подходила для танца, зато она подходила ему, и Андрей стал медленно двигаться, медленно приближаясь и постепенно поднимая края свитера вверх.
Танца не выходило. Вместо этого к горлу подступил ком. Андрей попытался сглотнуть его, но не успел – Яр поймал его запястье, потянул на себя и, усадив на одно колено, принялся целовать – безумно и жадно, не разбирая, что попадается ему на пути, мягкая кожа или грубая ткань. Стащил ворот свитера вбок и перебрался с шеи на плечо, почти до боли впиваясь поцелуями в тело Андрея.
— Ярик, Ярик, Ярик, Яр… — зашептал Андрей.
Яр не останавливался. Освободил его от свитера и принялся целовать грудь, медленно спускаясь вниз к животу и опять поднимаясь вверх. Затем рухнул спиной на кровать и потянул Андрея за собой.
Андрей каждой клеточкой тела чувствовал его жажду. Он почти не отвечал, полностью утратив контроль над происходящим, и только руки Яра исследовали его то тут, то там. Проникали под джинсы, затем, когда бёдра Андрея уже оказались обнажены, рука Яра поймала его плоть и принялась исследовать её, то поглаживая, то сжимая.
— Я не выдержу, — шепнул Андрей, — я хочу целиком.
Яр кивнул и, уложив его на кровать, сам встал и принялся раздеваться, быстрыми движениями сбрасывая одежду на пол. Потом развёл колени Андрея в стороны и рухнул на него сверху. Прошёлся ладонью по паху любовника, кончиками пальцев ощупал туго сомкнутый вход.
Андрей смотрел на него со смесью страха и жажды. Он подался навстречу, пытаясь нанизаться на пальцы, и тут же закусил губу, почувствовав боль.
Яр не стал на это смотреть. Накрыл его губы поцелуем, чтобы не видеть этот страх. Потянулся куда-то в сторону, а когда его пальцы вернулись, они уже были холодными и скользкими.
— Не дёргайся, Андрюш, — попросил он и снова принялся целовать плечи Андрея, медленно проникая пальцами внутрь и оглаживая стенки ануса.
В первый раз он взял Андрея так, закинув его ноги себе на плечи и целуя щиколотки, тонкие, с острыми косточками сбоку, какие редко бывают у женщин.
Андрей смотрел ему в глаза, цеплялся пальцами за простыню и кусал губу, чтобы не стонать.
Всё равно было больно. Тело отвыкло и никак не хотело верить, что впереди ждёт наслаждение, и в конце концов Яр вышел. Перевернул его на бок и прижал спиной к своей груди, и снова принялся целовать плечи. Гладил то живот, то пах. Скользил рукой между бёдер и снова растягивал, пока Андрей не успокоился, и не удалось войти в него безболезненно и медленно.
Он двигался медленно, но всё равно тела обоих горели от забытой сладости ощущений, и продержаться долго не удалось никому.
Яр не стал выходить. Просто обнял Андрея и, положив подбородок ему на плечо, прошептал:
— Какой же ты красивый, Андрей…
Андрей медленно трезвел. Снова к горлу подступала тоска.
— Тогда почему, Яр…
Яр снова накрыл его рот ладонью и принялся целовать – за ухом, у основания шеи, везде, где только мог достать.
