На секунду Андрею показалось, что сейчас Яр спросит: «Зачем?». И тогда, если бы он спросил, Андрей ответил бы, смог объяснить, что в ту секунду, когда прогремел выстрел, готов был умереть за него. Яр убрал руку и встал. Исчез в темноте, оставив Андрея наедине с подступившим со всех сторон одиночеством. СЛЭШ!
Авторы: СоотХэссе Нэйса
Андрей послушно двинулся к дверям, а Яр последовал за ним.
Они миновали какие-то полутёмные коридоры, а затем впереди замаячил тусклый свет.
Андрей оглянулся на Яра, но тот не замедлил движения, и Андрей тоже продолжил идти вперёд. Он остановился, только оказавшись в комнате с потрескавшимся деревянным столом и четырьмя стульями. На трёх из них сидели люди, лица которых он с трудом мог разглядеть в полумраке. Один – лет двадцати пяти, обычный парень, каких на улицах полно. Волосы собраны в хвост, в ухе серьга. На плечах расстёгнутая косуха, а под ней футболка «Metallica». Другие два – того же возраста, что и Яр. Кавказец в простой кожаной куртке и чёрном свитере и худой мужик со впалыми щеками, подёрнутыми грязноватой щетиной.
Один стул был свободен, но Андрей сразу догадался, что он не для него. Яр подтвердил его мысли, приказав:
— Чаю нам сделай, Андрей.
— Командир, — протянул худой, — не серьёзно.
— Только так, Люк. Перед боем ни капли.
— Не на войне.
— С чего ты так решил?
Люк промолчал, а Андрей с ехидством отметил про себя, что подобный тон пугает не только его. И ещё в голове отложилось: «перед боем». Это пока ничего не значило, но под ложечкой заметно засосало.
Андрей отошёл к окну и принялся разбираться в утвари – покрытый накипью фильтр для воды, кипятильник, как у Яра дома, кастрюлька и ещё какие-то мелочи.
— Сразу решим, — произнёс тем временем за спиной у него Ярослав, — парня зовут Андрей и он – моя шлюха.
Кипятильник в руках Андрея дрогнул и упал на пол, но наклониться за ним Андрей побоялся. Вместо этого оглянулся и посмотрел мрачно сначала на Яра, а потом на каждого из троих. Поджилки снова тряслись, а рука потянулась к спрятанному под курткой пистолету, но он ждал продолжения.
— Если кого-то это не устраивает – он может свалить сейчас. Или молчать до самой смерти.
Какое-то время царила тишина, а потом парень в косухе произнёс:
— Да всё уже обсудили, Зверь. Кому что не нравилось – тех здесь нет.
Яр кивнул.
— Это первое. Андрей не тормози, мы тебя ждём.
Андрей торопливо присел на корточки, подхватил кипятильник и продолжил выполнять приказ. Щёки пылали, но оставалось только надеяться, что никто не видит этого в темноте.
— Второе. Андрей в команде и пятая доля – его.
Андрей вздрогнул и попытался не выронить кипятильник второй раз. Не удалось. К счастью, кипятильник упал в кастрюльку с водой, и наклоняться за ним уже не пришлось. Он развернулся и, прислонившись бёдрами к подоконнику, скрестил руки на груди.
Его второй раз окинули оценивающим взглядом.
— А не сдаст? – спросил кавказец.
— Увидим, — Яр извлёк из кармана какие-то бумаги и принялся разворачивать. Даже со своего места Андрей разглядел уже знакомую ему карту с отметками, и сердце его гулко забилось в груди. Вода уже начала закипать, и он торопливо засыпал в чашки заварку, залил кипятком и, взяв по две в каждую руку, перенёс их на стол. За своей возвращаться уже не стал, не желая пропустить ни слова.
Яр, тем временем, начал объяснять план, который, как понял Андрей, не слышал до сих пор не только он, но и вообще никто из присутствующих.
— Занимаем позиции по двое здесь и здесь. Андрей выманивает охрану, и мы снимаем их с двух сторон.
Все посмотрели на Андрея. Тот сглотнул.
— А если он нас кинет? – озвучил кавказец явно их общую мысль.
— Тогда мы по уши в дерьме. Ещё вопросы есть?
Андрей снова сглотнул.
— А если у меня не получится?
— Тогда тебя пристрелят. Или они, или мы.
Яр сделал паузу, выжидая, желает ли кто-то что-то добавить, но поскольку все молчали, произнёс:
— Продолжим.
Он коротко описал основные сценарии развития штурма, и из всего сказанного Андрей понял одно: если кого-то пристрелят, то это будет он. Ему предполагалось отвлекать внимание почти на каждом этапе, и только в самом конце, когда трое «друзей» Яра шли открывать последнюю комнату, он должен был вернуться назад и вместе с Яром прикрыть отход. Подмывало спросить – почему? Боятся ли они, что он утащит что-то из добычи, или просто не хотят показывать ему товар?
Он так и не спросил до самого конца, понимая, что ответа не получит всё равно, а когда Яр закончил и произнёс коротко: «Вопросы», — младший, которого звали Толик, опередил его:
— Один. Что мы берём?
Наступила тишина, и Андрею захотелось расхохотаться – то ли от напряжения, то ли из солидарности с бедным парнем, который, как и он, должен был работать втёмную.
— Товар, — ответил Яр и встал, — подъем. Не тормозим. Если всё пройдёт успешно, то в районе не останется никого кроме нас, — бросил он уже на ходу через плечо, — это всё, что тебе надо знать, Толян.
***
