На секунду Андрею показалось, что сейчас Яр спросит: «Зачем?». И тогда, если бы он спросил, Андрей ответил бы, смог объяснить, что в ту секунду, когда прогремел выстрел, готов был умереть за него. Яр убрал руку и встал. Исчез в темноте, оставив Андрея наедине с подступившим со всех сторон одиночеством. СЛЭШ!
Авторы: СоотХэссе Нэйса
так?
Андрей промолчал. Идти к Яру не хотелось. Совсем. Проще было броситься с крыши об асфальт головой. Рита, видимо, поняла это, потому что продолжила:
— Ну или в органы. Доказательства можно собрать…
Андрей покачал головой.
— Я не думаю, что этот человек боится милиции. Не тот вес.
— Это он подарил тебе часы?
— Да.
Рита вздохнула, и на какое-то время наступила тишина.
— Или туда, или туда, Андрей, — сказала она наконец. – Тебе решать. Но поддаваться на шантаж нельзя. Поверь мне.
Андрей какое-то время стоял неподвижно, а потом резко повернулся, так что ей пришлось расцепить руки, но тут же перехватил запястья девушки, не позволяя ей упасть. Наклонился и вгляделся в глаза.
— Я тебя не понимаю, Рит.
— А что тут понимать?
— Я был шлюхой у криминального авторитета. Это ты поняла?
Рита побледнела и облизнула пересохшие внезапно губы.
— В каком-то смысле… Да.
— Я не тот, кого ты придумала себе.
Рита отвернулась, пытаясь спрятать грусть в глазах, и оставила на лице только улыбку.
— Андрюш, я не придумывала ничего.
— Но ты же не могла знать…
— Нет. Не могла. И мне всё равно, что было тогда. Я знаю тебя сейчас.
Андрей стоял какое-то время, вглядываясь ей в лицо.
— Рит, выходи за меня.
— Что? – Рита вскинулась и посмотрела на него внимательно и зло.
— Ты слышала. Когда я разберусь с этим уродом. Выходи за меня.
Рита зажмурилась на секунду, а затем открыла глаза и снова посмотрела на него.
— Не надо так, Журавлёв.
— Почему?
— Из жалости не надо. Или ему назло. Ты мне нравишься, но всё не так плохо, чтобы я вышла за тебя от безысходности. Ан…
Договорить она не успела, потому что Андрей впился в её губы, впервые за долгое время погружаясь в забытое безумие, упоение и чувство наполненности. Рита колебалась пару секунд, а потом ответила, обняла его, но через несколько секунд оттолкнула и сама сделала шаг назад.
— Не надо так, Андрюш, — повторила она.
Андрей кивнул и улыбнулся как-то холодно и по-чужому.
— Хорошо.
Шагнул мимо неё и исчез в двери, ведущей на чердак.
***
В доме Яра царил полумрак. Горели окна лишь в спальне и на псарне. Андрей остановился перед воротами на какое-то время. Переступить невидимую линию, которая отделяла его от прошлого, было нелегко.
Он сам не заметил, когда Яр стал именно «прошлым» для него – болезненным, как плохо заштопанная рана, готовая раскрыться в любой миг, но всё-таки оставшимся позади.
От одних этих мыслей нахлынула тоска, но и она была какой-то чужой, как любая тоска о недостижимом.
Андрей всмотрелся в окна спальни. Там промелькнул женский силуэт. Стало ясно, что туда идти нельзя, даже если Яр и там. Да и на псарне никого, кроме него быть не могло – почти всегда Яр ухаживал за собаками сам.
Андрей махнул охраннику, стоявшему у шлагбаума – это был один из тех, кто ещё помнил его, и двинулся на свет.
Яр заметил его не сразу. Он сидел на корточках и задумчиво чесал за ухом сенбернара. Сенбернар положил на оба его плеча большие пушистые лапы и внимательно смотрел Яру в глаза.
Какое-то время Андрей просто наблюдал за ним – за знакомыми прерывистыми движениями, немножко размашистыми и грубоватыми, за широкими плечами, чуть колыхавшимися при каждом движении руки.
— Привет, — сказал тихо Андрей.
Яр вздрогнул и резко встал на ноги. Он смотрел пронзительно и тяжело, но разобрать смысла этого взгляда Андрею не удалось.
— Андрей?
— Я. Не спишь ещё?
— Нет, — Яр облизнул губы.
— А она там, — Андрей неловко скрестил руки на груди, потому что их вдруг стало некуда деть. – В спальне.
— Да.
Наступила тишина.
— Собаки её не любят? – спросил Андрей, пытаясь справиться с этой тишиной.
— Нет, почему… Её приняли все.
В сердце Андрея кольнула боль.
— Жаль, — сказал он резко.
— Ты сам сказал – она хорошая, Андрей.
— Тогда почему ты здесь?
Яр отвёл глаза. Он в самом деле всё больше времени проводил на псарне. Дом казался ему чужим.
— Зачем ты пришёл, Андрей? – спросил он, снова резко поднимая глаза. Теперь уже взгляд отвёл Андрей — и закусил губу.
— У меня проблемы, Яр. И… Я бы даже сказал, проблемы у нас.
— Говори, — резко и требовательно, как раньше, давным-давно, кажется — в прошлой жизни.
— Меня шантажируют. Кое-кто… Нашими с тобой фотками. Из Швейцарии. Помнишь?
Яр кивнул. В полумраке было трудно разглядеть выражение его лица, но Андрею показалось, что он побледнел.
— Чего хотят?
Андрей сглотнул.
— Меня. Понимаю, это не очень-то много для тебя, но… — Андрей отвернулся. Он знал, что дальше должен
