Мафиози и его мальчик

посмотрите. Вот тут?
Ярослав опустил глаза и расплылся в глуповатой улыбке.
— Это ваш? – уточнил Антон.
— Может быть, — Яр помолчал. – Но получилось хорошо. А знаешь что… Подбери-ка мне лучше каталог фотоаппаратов, – Яр усмехнулся. – Я сам в детстве увлекался. Надо же… И он.
Яр качнул головой, разгоняя ворох нахлынувший мыслей.
— В общем, принесли каталог.
— А Calvin Klein?
— И его. Оба принеси.
Серёга днём так и не зашёл. Не зашёл он и вечером, в отличие от Димы, который вместе с обычным набором деликатесов принёс коробку кассет.
— Короче, я выбрать не смог, — сказал он и опустил коробку рядом с Андреем на кровать. – Ты смотри, я вскрыть упаковку помогу.
Андрей посмотрел на разноцветные корешки и зажмурился. Сердце снова свела боль.
— Дима, ты где это взял?
— А что не так? – Дима в недоумении посмотрел на него.
Коробку от края до края наполняли штабеля рокопопса. И всех до одного исполнителей Андрей знал в лицо.
— Ничего, — не открывая глаз, покачал головой. – Не надо. Пожалуйста. Убери.
Дима торопливо спрятал кассеты обратно в пакет и оповестил Андрея:
— Всё. Убрал. Ты это… Извини. Я тебя расстраивать не хотел.
Дима замолк, взволнованно глядя на него, а Андрей сидел ещё какое-то время, прежде чем произнёс, всё так же не открывая глаз:
— Дима, у тебя было когда-нибудь такое… Что ты не хочешь прошлое вспоминать? Вообще.
Дима замешкался, и Андрей продолжил:
— Просто, за что ни возьмись… Любая точка приносит только боль, — он открыл наконец глаза и внимательно посмотрел на медбрата. – А я не хочу боли. Понимаешь? Совсем.
Дима поджал губы. Он не знал толком, что сказать, и Андрей, поняв это, вздохнул и отвернулся.
— Ты в голову не бери. Спасибо тебе за всё.
Дима не шевельнулся. Сидел молча и продолжал смотреть на него, но Андрей так и не повернулся, и Дима просто накрыл его здоровое запястье своей рукой, а затем спросил:
— Андрей, это дело не моё… Но за что тебя взяли, а?
Андрей устало посмотрел на него.
— Ты прав. Это дело не твоё.
Дима замолк, пытаясь придумать следующий вопрос.
— Что у тебя в прошлом? Те, кто там, ещё могут быть опасны для тебя?
Андрей пожал плечами.
— Я не знаю. И мне просто… Всё равно, — он помолчал и добавил, – я просто не хочу вспоминать. Вот и всё.
Он замолк, облизнул губы и продолжил.
— Но как? Как, если всё, что там, это и есть я? Если выбросить всё то, что было в прошлом, то что останется? – он поднял перед собой забинтованную руку и провёл ей в воздухе. – Ничего. Разве что этот палец. И всё.
Дима отвернулся.
— Знаешь, — произнёс он после долгой паузы. – Я тут три года уже. Скоро практика закончится и стану вроде как… Врачом.
Андрей выжидающе посмотрел на него.
— Вот только я столько насмотрелся, что уже не уверен, хочу ли видеть это всё, — он обвёл взглядом палату, — всю жизнь. Понимаешь?
— Нет.
— И не надо, — Дима вздохнул. – Я просто о том… Что тут много умирают. И это часто можно увидеть на лице. Не знаю, как тебе объяснить. Просто… что человек не хочет жить.
Андрей прикрыл глаза, не в силах на него смотреть.
— И я? – спросил он.
Дима улыбнулся и покачал головой.
— В том-то и дело, что нет, — он протянул руку и пальцами провёл по виску Андрея, а затем поймал его щёку в ладонь. – Ты устал, зверски устал. Но ты ещё будешь жить. Ты из тех, кто победил бы даже рак. С тебя всё стекает водой.
Андрей открыл глаза и поймал его взгляд, а Дима улыбнулся.
— Тебе пришили палец, Андрей. Считай, что смерть коснулась тебя — и прошла стороной.
Андрей поймал его руку и накрыл своей.
— Попробую, — сказал он. – Но я как-то устал… радоваться тому немногому, что у меня есть.
Дима улыбнулся ещё шире.
— Оглянись по сторонам. И скажи мне, чего у тебя нет?
— Любви, — ответил Андрей резко, не успев даже подумать, и тут же отвернулся, устыдившись своих слов. – Как идиот…
— Почему?
— Что — почему?
— Почему нет?
Андрей пожал плечами, всё так же не глядя на него.
Дима снова улыбнулся и, наклонившись к самому его уху, прошептал:
— Хочешь, я буду тебя любить?
Андрей резко качнул головой и попытался отстраниться.
— Не надо, Дим.
— Почему?
— Потому что я не хочу… Вспоминать ещё одну боль.
Дима смотрел на него какое-то время, а потом высвободил руку и встал.
— Как хочешь, — сказал он и кивнул. – Выздоравливай, Андрей
Серёга всё-таки пришёл, но уже утром и не один – следом за ним в дверях появился красивый, но немного зажатый парень, которого Андрей скорее мог бы представить в модельном бизнесе, чем в библиотеке.
— Привет, — Серёга сразу же устроился