На секунду Андрею показалось, что сейчас Яр спросит: «Зачем?». И тогда, если бы он спросил, Андрей ответил бы, смог объяснить, что в ту секунду, когда прогремел выстрел, готов был умереть за него. Яр убрал руку и встал. Исчез в темноте, оставив Андрея наедине с подступившим со всех сторон одиночеством. СЛЭШ!
Авторы: СоотХэссе Нэйса
что он видел Андрея во всём, в чём только мог, да и просто безо всего. Но и это был лишь небольшой штрих.
Яр легко угадывал в этом Андрее контуры того лица, которое не давало ему покоя все прошедшие годы, вот только злиться на этого Андрея он не мог. И сейчас, наблюдая, как Андрей равнодушно полощет посуду, Яр понял почему – не было ни той улыбки, ни тех глаз, которые сводили его с ума.
Этот Андрей смотрел устало — как кукла, у которой кончается завод. Иногда – с болью. Но никогда – тем прозрачным взглядом, который разрезал темноту любой комнаты как масло нож. И не улыбался тоже никогда.
— Андрюш, — позвал Яр и, приземлившись на камень рядом с ним, отобрал у Андрея последнюю чашку. – Тебе нравится здесь?
Андрей молча кивнул. Пару секунд тупо смотрел на чашку, а потом уткнулся в плечо Яру лбом.
— Устал? – спросил Яр.
Не отрываясь от него, Андрей покачал головой.
Что ещё спросить, Яр не знал. Оказалось, что за все прошедшие тринадцать лет с момента их первой встречи они так толком и не говорили ни о чём.
Яр осторожно погладил Андрея по спине.
— Иди в дом. Я домою и приду.
— На охоту не пойдёшь? – Андрей чуть приподнял лицо.
— Поздно уже, мало что подстрелю. Или ты мяса хочешь?
Андрей опять покачал головой.
— Не особо. Просто не хочу, чтобы ты без меня ушёл.
Он подумал и добавил.
— И в дом не хочу. Насиделся уже.
Яр усмехнулся. Это на Андрея походило уже больше, и он предложил:
— Пошли на озеро? Тут местечко есть, где песчаный берег. Позагораем, пока тепло.
Андрей кивнул.
— Плавок нет, — разочаровано отметил он, уже вставая.
— Да что я у тебя под плавками не видел? – Яр воспользовался случаем и хлопнул по заднице, которая оказалась ровно у него перед носом.
Андрей фыркнул, но отвечать не стал.
До места идти было недалеко, и оно, в общем-то, мало отличалось от того берега, где стояла изба – разве что немного другим был пейзаж.
— Я тут в детстве купаться любил, — сказал Яр, стягивая с себя свитер, а затем и футболку. Андрей тоже раздевался, хоть и неторопливо как-то и без особого энтузиазма.
— Как ты тут вообще жил? – спросил он и тут же добавил. – В смысле, вообще без людей?
Яр пожал плечами и взялся за джинсы.
— Почему без людей? Двадцать минут до деревни — для мальчишки не срок. Да и к нам прибегали, мать пирогами кормила всех.
— А потом? В армию загремел?
— Загремел? – Яр усмехнулся и рухнул на песок к озеру лицом. – Во-первых, сначала в институт.
Андрей поднял брови. Он тоже уже лежал на песке, а теперь перекатился на живот, чтобы заглянуть Яру в лицо.
— Прикинь, — поддел его Яр, — и даже не в ПТУ.
— Окончил? На кого?
— На архитектора. Не то чтобы нравилось… Просто работа не пыльная, и в то же время… Профессия. Не гуманитарное что-нибудь.
— А работать почему не стал?
— Потому, — Яр помрачнел и отвернулся.
Андрей тоже подобрался, чувствуя, что снова натыкается на какую-то непробиваемую стену, которая стояла у Яра в голове.
— Почему я всё время рассказываю о себе? – Яр снова повернулся к Андрею лицом, и этот внезапный переход в наступление застал его врасплох. – Ты тоже учился. Почему юрфак?
Андрей пожал плечами.
— Да меня не спрашивал никто. Просто круто – Кембридж и все дела. Не историю ж искусств мне изучать.
— Ну, хорошо, а потом?
— А что потом? – Андрей усмехнулся, но неправильно, не так, одним уголком рта. – Потом был ты. Сам знаешь, чему ты меня учил. Трахаться и стрелять.
Яр поджал губы, напоминание о прошлом радости не приносило и снова будило почти забытую злость.
— А сам? Чего хотел?
И снова на губах Андрея промелькнула улыбка – злая и даже требовательная, но снова не та.
— Тебя!
— Кроме меня.
Андрей пожал плечами и откинулся на песок. Теперь взгляд его был направлен на голубое небо, кое-где перечёркнутое кучками облаков.
— Мне нравилось заниматься клубом. Музыку подбирать.
Яр, смотревший на него, отвёл взгляд.
— Но я, наверное, не стал бы делать этого опять.
— Почему? Больше никто не сожжёт.
Андрей всё-таки усмехнулся и посмотрел на него. Покачал головой и снова откинулся назад.
— Фотографировать я бы мог. Там тоже музыканты и всё такое. Хотя выбор не такой большой – продвигаешь только тех, кого хочет редактор. И всё.
Яр подложил под голову локоть и снова посмотрел на него.
Он Андрея фотографом с трудом представлял – даже при том, что видел его работы, и знал, что получается весьма хорошо.
Ему вообще не очень хотелось бы видеть Андрея среди музыкантов, актёров и моделей. И тем более не хотелось бы, чтобы он фотографировал кого-то из них.
— Помнишь, я спрашивал…
