На секунду Андрею показалось, что сейчас Яр спросит: «Зачем?». И тогда, если бы он спросил, Андрей ответил бы, смог объяснить, что в ту секунду, когда прогремел выстрел, готов был умереть за него. Яр убрал руку и встал. Исчез в темноте, оставив Андрея наедине с подступившим со всех сторон одиночеством. СЛЭШ!
Авторы: СоотХэссе Нэйса
долбанный раз, потому что иначе тебя могли убить!
— Но тебе понравилось?! – Яр шагнул к нему и замер, комкая в пальцах листки.
— Урод… — выдохнул Андрей.
— Ты вообще не должен был с ним спать!
— Ему ты об этом сказал?!
Яр ответить не успел, потому что Андрея прорвало.
— Он, блядь, тупо содрал с меня штаны и поимел. Но мне это должно нравиться, так? Я же шлюха, так ты считаешь! Я прусь от того, что меня ебут незнакомые мужики! Ты-то сам как думаешь — может это нравиться, Яр? Вроде пробовал, как оно тебе?
Яр замахнулся, но ударить не успел. Кулак сам замер, будто наткнувшись на стену, когда Яр заметил в глазах Андрея знакомую злую пустоту. Так он и раньше смотрел. Но никогда – на него.
— Андрей… — произнёс Яр и понял, что тяжело дышит, а сердце стучит так, что он едва слышит самого себя.
Андрей молчал. Губы его дрожали, слова просились на волю, но он говорил их слишком много раз, чтобы повторять ещё.
— Ненавижу всё это дерьмо, — сказал он и отвёл глаза.
Яр стоял молча ещё секунду.
— Я в лесу переночую, ок?
— Идиот, — скрипнули листки, и Андрей почувствовал, как бумага ложится ему в ладонь. – Я пройдусь, Андрей. А ты никуда не уходи. Мало ли, случится что.
Андрей так и не поднял глаз, пока Яр перекидывал двустволку через плечо и выходил наружу. Он стоял неподвижно, даже когда скрипнула дверь, и только потом, когда его собственное сердце перестало бешено стучать, медленно, не замечая ничего вокруг себя, стал подниматься на второй этаж.
Спать он лёг в той комнате, где оставил вещи – впервые за последние две недели. Но уснуть всё равно не мог – вглядывался в темноту, думая о том, что делать теперь. Как жить в одном доме с Яром, который знает всё. И о том, вернётся ли Яр вообще хотя бы к утру – за окнами вовсю бушевала гроза. Завывал ветер, и хрустели стволы деревьев.
Яр пришёл в полной темноте, за час или два до утра. К Андрею он не зашёл – молча прошёл к себе и стал раздеваться. Впрочем, и в постель он тоже не лёг – сел на кровать и долго смотрел в темноту коридора, но разглядеть не смог ничего.
Комментарий к
В комментах к работе выкладываю первый клип, просьба лайкнуть, кто посмотрит и проникнется)
========== Часть 88 ==========
Андрей проснулся поздно – дождь уже закончился, но небо накрыла пелена облаков. Пахло мокрой хвоей и озоном. Под окнами едва слышно журчал ручей, и вставать не хотелось совсем – только лежать пластом и смотреть в потолок.
Андрею было стыдно за вчерашнюю вспышку и за слова, сказанные Яру напоследок. И в то же время извиняться он не хотел.
Андрей чувствовал себя так, будто его изнасиловали. Не трахнули грубо и сладко, как это умел делать Яр, а просто вывернули наизнанку и спустили в самое сердце.
Не хотелось ничего. Снизу доносился слабый запах какой-то еды, но аппетита не пробуждал – по крайней мере не настолько, чтобы встать и выяснить, что происходит на первом этаже.
Запах становился всё сильней, а Андрей всё лежал, глядя перед собой, пока не скрипнули половицы, и угловым зрением он не заметил мощную фигуру Яра, замершую, прислонившись плечом к косяку.
Яр молчал, и Андрей тоже ничего не говорил. Даже не оборачивался, чтобы не смотреть в глаза.
— Вставать пора, — сказал наконец Яр.
Андрей помолчал какое-то время, а потом спросил равнодушно, без всякого любопытства:
— Зачем?
Яр тоже замолк. Чуть скосив взгляд, Андрей увидел, что тот стоит, скрестив руки на груди и поджав губы. На Яре вместо обычного свитера была белая рубашка – не новая, но тщательно выглаженная, и оставалось лишь гадать, из какого сундука он её достал.
— Андрей, не дури, — сказал Яр после долгой паузы тихо — и как-то даже просительно.
Андрей отвернулся и уставился в потолок.
— Я тебя внизу жду. Не выйдешь – на охоту один уйду.
Яр развернулся и двинулся по лестнице вниз.
Ему тоже было хреново. И тоже было стыдно. Но – как часто бывало, когда он пытался говорить с Андреем – слова путались, в голове вместо них обнаруживалась полная каша.
Яр начинал уже беситься от этой своей особенности. Как будто на языке вырастала стена, которая не давала сказать ничего.
Андрей полежал ещё какое-то время и, спустив ноги на пол, зябко поёжился. Одеваться ему не хотелось – будь они в городе, он так бы и спустился в одних трусах, в крайнем случае натянул бы джинсы поверх них. Но угроза Яра возымела действие – несмотря ни на что, не хотелось, чтобы тот бросил его здесь одного. А значит, нужно было быть готовым выдвигаться в путь.
Андрей натянул джинсы, накинул футболку, порядком растянувшуюся у шеи от грубого обращения, и стал спускаться вниз.
Яр будто точно знал, когда его следует ждать – как раз выставлял на
