Мафиози и его мальчик

как прекратить войну?
Яр молчал, но Андрею этого ответа было достаточно.
— По поводу того, что сказал Толян, — произнёс он медленно, тщательно подбирая слова. Говорить было страшно, потому что он не знал правильного ответа на вопрос, который стоял перед ними обоими. Зато многое помнил – и злость в глазах Яра, когда тот спрашивал его о Константине, и заледеневший взгляд Брюсова. Ни то, ни другое он не хотел увидеть ещё раз.
— Ярик, — продолжил Андрей, — по поводу того, что он сказал. Я знаю, ты любишь звать меня шлюхой… Я уже привык. И тебе можно, Яр. Потому что я тебя люблю.
Яр закрыл глаза. Было стыдно и больно одновременно. Стыдно – за своё недоверие, и больно – потому что поверить он не мог всё равно.
— Я всё же не хочу, чтобы так говорил кто-то ещё, — продолжил он. – Не хочу, чтобы ты называл меня так перед друзьями. И надеюсь, что сам ты не думаешь так. Потому что… Потому что я был бы с тобой несмотря ни на что. Я не такой как эти девочки, которые смотрят на тебя в спортзале голодными глазами. И мне не так уж плохо было в прежней жизни, чтобы я хотел из неё сбежать.
— У тебя не было выбора.
— Дело не в этом, Яр. У меня был выбор попытаться сбежать. Был выбор застрелиться или застрелить тебя. И не говори, что всё это был плохой выбор – я знаю. Но если бы это был не ты, я бы лучше умер, чем жить так. Быть шлюхой… Пусть даже шлюхой короля.
— Тебе так плохо со мной?
— С тобой – нет, — Андрей плотнее прижался к его ладони щекой. – Когда я просто смотрю на тебя – мне хорошо. Мне хорошо, когда ты берёшь меня. Даже если ты причиняешь мне боль. И я бы для тебя вытерпел ещё больше боли, если бы ты попросил. Собственно, это я и хотел сказать. Я готов быть шлюхой – для тебя.
— Ты это уже говорил.
— Ты не понял, Яр. Я имел в виду, что если ты прикажешь мне переспать с Козыревым – я это сделаю. Но я хочу, чтобы ты знал – я сделаю это только для тебя.
Яр опустил веки. Даже теперь лицо Андрея стояло перед глазами. Он представил себе его, распластанного на постели, с раскинутыми в разные стороны ногами – соблазнительного, гибкого и сладкого – и Козырева, опускающегося на колени между его ног.
Андрей смотрел на Яра какое-то время, пытаясь прочитать хоть что-то по его лицу, но, не видя глаз, не мог сделать этого никак.
Он поднял руку и поднёс ладонь к щеке Яра, но задержал её в паре миллиметров, никак не смея коснуться. Потом опустил веки. Ему вдруг до боли захотелось, чтобы Ярик сказал: «Нет». Чтобы Ярик наорал на него, ударил, перевернул на живот и, прижав своим тяжёлым телом к кровати, заорал: «Ты свихнулся, Журавлёв?».
Он понятия не имел, что творится в голове у Яра, и представить в эту секунду не мог, потому что страх сжимал его собственный разум как стальные тиски, а потом Яр произнёс хрипло, каким-то чужим голосом:
— Да.
Андрей открыл глаза и встретился взглядом со взглядом его карих глаз. Прочитать его он не мог.
— Завтра возьмёшь пистолет с глушаком и пойдёшь к Козыреву, — Яр говорил так, как говорил всегда, будто отдавая приказ, но в голосе его Андрей не чувствовал той уверенности, которая звучала в нём всегда, и уже это заставляло сердце в груди Андрея петь. – Уговоришь его пригласить тебя домой или в съемную квартиру – хоть куда. Спать с ним запрещаю. Делай, что хочешь, но к полуночи он должен быть мёртв.
Яр сделал паузу, приводя дыхание в порядок.
— За тобой будут следить, — добавил он и уже совсем тихо произнёс, — может быть, даже я.
— Я хочу, чтобы был ты, — Андрей улыбнулся до ушей и быстро чмокнул его в уголок рта. – Я всё сделаю, Яр.
========== 19. ==========
— Что, папик устроил разнос?
Константин смотрел на Андрея с насмешкой, не в пример тому, как в первый раз. Может быть, то, что Андрей возвращался снова и снова, сделало его таким самоуверенным, а может быть, он знал что-то, чего не должен был знать.
От последней мысли Андрею стало неуютно – будто он вышел к доске отвечать на вопрос, ответа на который не знал.
Впрочем, именно это сравнение успокоило Андрея и заставило улыбнуться. Уж в таких-то ситуациях он бывал не раз и выходил с блеском всегда.
— Вышвырнул, — Андрей облокотился о стол напротив Константина и соблазнительно изогнулся, — даже шмотки собрать не дал.
Константин хмыкнул.
— То-то смотрю, ты сегодня упакован так же, как вчера.
Он замолчал, разглядывая Андрея задумчиво.
— Долго ты с ним был?
Андрей повёл плечами, старательно изображая небрежность.
— Год.
Подумал и добавил.
— По мелочам я не работаю, Константин.
Константин хмыкнул. Отклеился от стены и подошёл к нему. Коснулся пальцем плеча и проследил линию дальше к подбородку и вдоль скулы. Коснулся большим пальцем уголка рта.
Андрей смотрел