На секунду Андрею показалось, что сейчас Яр спросит: «Зачем?». И тогда, если бы он спросил, Андрей ответил бы, смог объяснить, что в ту секунду, когда прогремел выстрел, готов был умереть за него. Яр убрал руку и встал. Исчез в темноте, оставив Андрея наедине с подступившим со всех сторон одиночеством. СЛЭШ!
Авторы: СоотХэссе Нэйса
пошёл прочь.
Андрей почувствовал, что ещё немного и шанс будет упущен, но всё же уйти с танцпола не рискнул – Иван стоял хоть и в отдалении, но буравил его взглядом с тем же тщанием, что и Серов. Андрей даже подмигнул ему, и издалека послал воздушный поцелуй.
Иван демонстративно сплюнул.
К одиннадцати народ, наконец, подтянулся, и Андрей, забурившись в самую гущу танцующих, вышел из неё уже с другой стороны. Подловил момент, когда бармен направится на кухню, и оттащил его в сторону за рукав.
— Я тут Серова ищу, — сказал он и протянул бармену стодолларовую банкноту.
— Андрей? – спросил тот, ловко, но без спешки вытаскивая банкноту из его рук.
— Точно. Это я.
— Пошли, — бармен кивнул на дверь, ведущую на кухню.
Андрей оглянулся на Ивана, который уже некоторое время нервно крутил головой, пытаясь высмотреть его на танцполе, и нырнул туда, куда ему показали.
С интересом оглядел огромные промышленные печи, абсолютно не нужные в месте, где никто не ел ничего, кроме жареных сосисок, да и то по особой глупости.
— Сюда, — бармен не дал ему долго стоять без дела и подтолкнул к двери, ведущей во двор.
Андрей послушно пошёл за ним. Вышел наружу и тут же почувствовал, как в лицо ударил холодный воздух – куртка осталась в гардеробе, а на улице был далеко не май.
Заметить что-либо ещё он не успел, потому что два здоровенных мужика схватили его за плечи – один зажал рот ладонью, другой согнул пополам и, не обращая внимания на сердитое мычание, отработанным движением Андрея запихнули в стоящий поблизости автомобиль.
— Суки! Ярик вас…
Андрей замолк, увидев совсем рядом задумчивое лицо Серова.
— Что за Ярик? – спросил тот.
— Отец… — поправился Андрей и, почувствовав всю неубедительность этого уточнения, добавил. – Святой отец. А Ярик – это мой парень. Мы же с тобой жениться не договаривались, да?
Серов хмыкнул и отвернулся. Знаком приказал сидевшему за рулём амбалу трогаться с места и поудобнее устроился в кресле.
Андрей последовал его примеру. Какое-то время он ёжился, но, поскольку Серов его мучений не замечал, решил всё же озвучить:
— Печку включи.
— Тим, включи.
Водитель щёлкнул каким-то тумблером, и от приборной панели по салону стало медленно расползаться тепло.
— Не передумал? – спросил Серов, когда машина оказалась от клуба уже достаточно далеко.
Андрей хохотнул.
— А у меня выбор пипец богатый, да?
Михаил не ответил. Снова отвернулся и стал смотреть на дорогу.
Андрей судорожно соображал. С оружием в клуб не пускали. Отбирали даже газовые баллончики. Впрочем, до металлоискателей Серов не додумался – видимо, решил сэкономить – так что «бабочка» спокойно отдыхала у Андрея в кармане. Вот только с ножом он толком работать не умел.
Андрей вздохнул.
Машина остановилась, и, открыв дверцу, Серов подтолкнул его к выходу. Андрей выбрался наружу и снова обхватил себя руками.
Серов вышел следом.
— Сюда, — он указал на подъезд.
По всему телу Андрея пробежала неприятная леденящая волна. Подъезд был точь в точь как тот, в котором обитал Козырев. «Впрочем», — подумал Андрей – «они все на одно лицо». И с этой мыслью шагнул внутрь.
Серов к нему не приставал. Всё время, пока поднимались в лифте на седьмой этаж, он стоял, прислонившись к стенке, засунув руки в карманы чёрного пальто, и рассматривал Андрея исподлобья.
Андрей тоже его рассматривал, но первым делом рассмотрел всё же лифт – камер не было, или он их попросту не нашёл.
— Чего ты от меня ждёшь? – спросил он, убедившись, что за ними никто не наблюдает.
— Не волнуйся, — ответил Серов. – Я сделаю всё сам.
Двери лифта открылись, и они вышли. Квартира на этаже была одна, как и у них с Яром, хотя холл и попроще.
Серов открыл дверь своим ключом, и когда загорелся свет, Андрей отметил, что квартира вообще обставлена как-то совсем не комильфо.
— Любишь дядюшку Скруджа? – поинтересовался он.
Серов нахмурился, но ничего не сказал. Молча принялся разматывать шарф и снимать пальто. Только покончив со своей одеждой, он подошёл к Андрею и обнял его, от чего тот, и без того продрогший с мороза, задрожал ещё сильней.
— Замёрз? – спросил Серов мягко.
— Да.
— Согреть?
Не дожидаясь ответа, Серов коснулся поцелуем изгиба его плеча.
Губы у него были сухие и мягкие, но Андрей всё равно необыкновенно отчётливо ощущал, что эти губы – чужие, и здесь их быть не должно. Или, может быть, его самого не должно быть в этой квартиры, в этом доме, рядом с этим мужчиной?
— А можно я позвоню? – спросил он неожиданно сам для себя. Вся решимость испарилась, а план явно летел к чертям, потому что квартира
