Преподавать юным слушателям магической академии не слишком-то просто. Они или сами превратятся черт знает во что, или учителя превратят в какую-нибудь мерзость. Особенно если учитель магией не владеет, а преподает всего лишь труд.
Авторы: Кружевский Дмитрий Сергеевич
этого гада, а я… – Он погладил рукоять топора. – Эх, соскучился по хорошей битве!
Я покосился в сторону уже вовсю хрустящих и раскачивающихся кустов, пожелал гному удачи и рванул дальше, в душе ругая всех и вся. Наверное, поэтому и не заметил целой толпы гоблинов, идущих мне навстречу. Точнее, что это гоблины, я понял намного позднее, а пока с изумлением глядел на существ размером мне примерно до пояса и больше всего похожих на вставших на задние лапы вооруженных мартышек. Гоблины сперва изумленно затихли, а я добродушно улыбнулся и, помахав ручкой, попытался дать задний ход, но не тутто было. С диким воплем эти существа кинулись на меня, причем позабыв про болтающиеся на поясе короткие мечи. Я в принципе тоже както об оружии не вспомнил, и понеслась… Силушкой меня бог не обидел, да и драконьи гены, видимо, чегото прибавили, а посему гоблины отлетали от меня точно резиновые мячики, причем многие в полете еще и успевали ловить вылетающие изо рта зубы. Но все же меня взяли – буквально завалили толпой и повязали. А затем долго пинали, после чего содрали все, что только было можно, и бросили в телегу, но так как мой пояс снять не смогли, поэтому спеленали меня так, что едва мог пошевелить пальцами. Правда, все это я узнал гдето… мм… через …дцать часов, после того как очнулся. Тело все болело, а шея страшно затекла.
Я с трудом повернул голову и огляделся. Я лежал на телеге вместе с какимто хламом, а сама телега стояла на окраине большой поляны, где горело множество костров, вокруг которых расположились мои захватчики и чтото активно жевали. Причем стражи рядом с телегой не было: то ли они решили, что я в отключке надолго, то ли понадеялись на связывающие меня веревки, а может, что еще… не знаю. Однако, обнаружив, что за мной никто не наблюдает, я стал активно пытаться ослабить свои путы, правда, несмотря на все усилия, практически тщетно. Мне удалось лишь чуток освободить левую руку, но и этого хватило, чтобы дотянуться до висящего на поясе цилиндра. Луч с легким шипением разрезал веревки, одновременно опалив мне бедро и заставив заскрипеть зубами, однако через пару минут я был свободен и, спрыгнув с телеги, кинулся бежать, несмотря на дикую боль в обожженной ноге. Хватились пропажи довольно быстро, и вскоре громкие крики позади меня возвестили о начавшейся погоне, заставив ускориться. Я бежал что было сил, пробиваясь сквозь густые кусты при помощи лучевого меча, перепрыгивая через поваленные деревья, иногда попадавшиеся на моем пути, и вообще, помоему, побил все рекорды бега по пересеченной местности. Пару раз даже растянулся, разорвав одежду и содрав колени и локти в кровь. Мало того, после очередного падения мой лучевой меч выскользнул из руки и, сделав кульбит, скрылся гдето в кустах. Искать его было некогда, ибо погоня буквально дышала в спину, поэтому я вскочил на ноги и вновь устремился вперед. Лес неожиданно кончился, и я буквально вылетел на широкую дорогу, упиравшуюся прямо в широкую пропасть, через которую был перекинут ажурный мост, ведущий прямо в ворота черной башни, где черными статуями застыли знакомые мне рыцари.
Я бросил последний взгляд на лежащих рыцарей, затем показал еще раз кулак примолкшим гоблинам, подтянул сползающие штаны и, подойдя к массивным воротам, украшенным затейливой чеканкой с различными завитушками, решительно толкнул их двумя руками. Фигу. Створки даже не шелохнулись. Так, я на мгновение задумался. Не, глупо, конечно, думать, что такие ворота просто так открываются, но маленькая надежда все же была, хотя… Я отступил чуток назад и еще раз внимательно осмотрел створы ворот. О, так и думал: в створке есть дверь поменьше, правда, с первого взгляда шиш заметишь, выдает лишь ручка, сделанная в форме головы дракона, в нос которому продето массивное кольцо. Ладно, будем надеяться, что открыто.
Я потянул за ручку и с некоторым удивлением почувствовал, что дверь свободно поддалась. Блин, и что делать? На душе както стало жутковато: не в гости ведь к другу на чаепитие пришел, – хотя, с другой стороны, и отступать уже поздновато будет. Не знаю, сколько я еще смотрел бы на открытую дверь, собираясь с духом, но тут над моей головой чтото свистнуло, и в створку ворот с глухим стуком врезался булыжник. Я быстро оглянулся, одновременно срывая с перевязи молот, и чудом не заполучил второй камень себе в физиономию. Гоблинов у края моста стало гораздо больше, причем стоявшая впереди парочка раскручивала над головой нечто очень похожее на пращу. Уж не знаю, почему эти мартышки перестали меня преследовать, остановившись у этого моста, но оно и к лучшему – и так
