Магфиг. Дилогия

там Батона, сидевшего на стуле у окна с тоской на морде лица. На мой вопрос котейка только ткнул лапой в сторону стоявшего у двери ведра и тяжело вздохнул. Я подошел к указанной емкости и, заглянув в нее, содрогнулся от отвращения, ибо внутри лежало нечто истекающее слизью, с огромной пастью, которая была усеяна множеством мелких зубов.
– Хороший улов, – попытался приободрить я кота, ногой отодвигая ведерко в угол и ища глазами, чем бы тяжелым его накрыть, ибо существо явно было еще живо.
Батон вновь тяжело вздохнул и скривил морду, показывая все свое отношение к данному улову, после чего вновь уставился в окно.
– Да не переживай, – махнул я рукой. – Вот приедем ко мне домой, я тебя на нормальную рыбалку свожу. Там у нас недалеко водохранилище есть, так знаешь какие там сазаны попадаются? – Я раздвинул руки в стороны, имитируя размер небольшого крокодила. – А уж всякой там плотвы и прочей мелочовки вообще куча.
Кот повернул ко мне голову, и я увидел, как в его глазах заплескалась робкая надежда. И тут «Остапа понесло», ну, в смысле я стал рассказывать Батону истории о том, как мы с Серегой рыбачили, причем после того, как дошел до поимки мною двухметрового осетра исключительно с помощью рук, понял, что пора с этими байками завязывать. Глаза у кота уже были настолько большими от удивления, что грозили вылезти из орбит и жить отдельной жизнью.
– Ну, ладно, – сказал я, слез со стола и поставил на пол торшер со свечами, с помощью которого изображал спиннинг, – поздно уже, давай спать.
Утром чуть свет меня разбудила Эрнеста с новостью, что отец задержится на пару дней и прибудет практически к самому приезду герцога. Почемуто меня сей факт не удивил, граф банально сбежал, переложив всю ответственность за обустройство парада на меня, и, судя по расстроенному виду юной вампирши, она это прекрасно понимала. Я несколько отвлек девочку от грустных мыслей, попросив рассказать о вчерашней рыбалке, после чего гдето с полчаса слушал ее рассказ о ловле склизунов в Туманном каньоне.
– Батон лучше всех справился, – рассказывала Эрнеста. – Поймал аж тридцать штук, правда, он их несколько боялся и с крючка я ему снимала. Однако подобный улов большая редкость, зато сегодня будет просто царский обед.
Я неверящим взглядом посмотрел на девочку, а затем покосился на стоящее в углу ведро, которое вчера вечером накрыл тяжелым медным подносом, на котором служанка принесла мне чай, и судорожно сглотнул. Потом бросил взгляд на лежащего в кресле Батона, который упорно делал вид, что спит, но после последних слов Эрнесты быстро открыл глаза и, посмотрев на меня умоляющим взглядом, замотал головой, затем обхватил горло лапами и, мявкнув, свесил язык набок, при этом театрально закатив глаза.
Я уже хотел было попросить девочку передать повару, чтобы готовил чтото более традиционное, но тут в дверь постучали, и на пороге возникла служанка в синеньком платьице.
– Извините, госпожа Эрнеста, но господина учителя ожидают месье Грегор и господин Энтони. – Произнеся последнее имя, она почемуто покраснела и, быстренько поклонившись, исчезла в коридоре.
Пришлось извиниться перед юной вампиршей и, наказав Батону приглядывать за детьми, поспешить в свой так называемый офис. Пробегая по дворику, я вспомнил о подвешенных на карнизе собаках и, бросив взгляд туда, обнаружил болтающиеся на цепи обглоданные хвосты. Видимо, эти ящероподобные создания обладали такими же свойствами, как и их мелкие земные собратья, ну, или за ночь их банально ктото сожрал. Впрочем, сами виноваты.
В кабинете, помимо Грегора и Крума, обнаружилась еще и Магнолия, которая тут же огорошила меня вопросом о началах работ, ибо ее девочки уже второй день маются от безделья. Пообещав сегодня дать первый заказ, я выпроводил ворчавшую даму и занялся более насущными проблемами.
Сперва Крум доложил, что вверенные ему отряды тренировались всю ночь и даже достигли неплохих результатов, после чего я приказал ему продолжать занятия, а также подойти на плац через пару часов, дабы посмотреть на их успехи. Крум ушел, а я остался вдвоем с Грегором, который принес мне несколько образцов ткани и даже представил модель формы, сделанной из коричневого грубого сукна. Я сразу же приказал отпороть с рукавов широкие обшлага, а с воротника нечто вычурное золотистое, типа шарфа, но прихваченного в двух местах к вороту и, насколько я понял, оборачиваемое вокруг шеи. Модельер было возмутился и вновь завел свою песню об обучении в столице, но я молча показал ему кулак, после чего мы быстро пришли к полному консенсусу.
Хотя, надо признать, поработал он неплохо. Форма получилась вполне нормальная, правда, по стилю больше походила не на нашу, а на американскую или даже нет…