Магистр дьявольского культа

суетой и густой пеленой тумана и напасть. И в самом деле, его расчет был верным, но он не знал одной детали: Вэй У Сянь уже давно поменял местами содержащий левую руку мешочек Цянькунь со своим мешочком-ловушкой для духов.
Противник отскочил назад и со звоном обнажил меч. В  ту же секунду послышались пронзительные, наполненные ненавистью визги духов, словно один лишь вид оружия могильщика рассеял их в пыль. Вэй У Сянь мельком подумал: «Значит, он действительно искусный заклинатель». Он выкрикнул: «Хань Гуан Цзюнь, могильщик здесь!»
Лань Ван Цзи не нуждался в предупреждениях, он полагался на свой острый слух и уже находился наготове. Он ничего не сказал, но его ответом стал яростный и стремительный взмах Би Чэня.
Тем не менее, нынешнее положение дел оптимизма не внушало. Черная дымка окутывала меч могильщика, и его сияние не проникало сквозь белую пелену, позволяя тому с ловкостью прятаться в густом тумане. Свет же Би Чэня, меча Лань Ван Цзи, напротив, ничем не скрывался. В результате он оказался на открытом, хорошо просматриваемом, пространстве, в то время как его враг, искусный заклинатель, хорошо знакомый со стилем фехтования Ордена Гу Су Лань, притаился во тьме. Кроме того, оба они нападали вслепую, однако могильщик мог действовать без оглядки, а Лань Ван Цзи приходилось быть крайне осторожным, чтобы по ошибке не задеть никого из своих. Таким образом, ситуация совсем не благоприятствовала Лань Ван Цзи. Вэй У Сянь услышал звон скрещенных мечей, и сердце внезапно сжалось. Он неожиданно для самого себя выпалил: «Лань Чжань? Ты ранен?!»
В отдалении раздался сдавленный стон, будто кто-то получил серьезное повреждение. Однако голос принадлежал определенно не Лань Ван Цзи. 
Лань Ван Цзи сказал: «Разве это возможно?»
Вэй У Сянь ухмыльнулся: «И то верно!»
Могильщик, казалось, презрительно усмехнулся и продолжил наступать. Лязг сияющего Би Чэня и второго меча, сталкивающихся друг с другом, звучал все дальше и дальше. Вэй У Сянь понимал, что Лань Ван Цзи, опасаясь по ошибке ранить кого-то из них, намеренно уводил противника в сторону, чтобы спокойно разобраться с ним. А все остальное, безусловно, было за Вэй У Сянем. Он обернулся к ученикам: «В каком состоянии находятся те, что вдохнули порошок?»
Лань Сы Чжуй ответил: «Им становится трудно держаться на ногах!»
Вэй У Сянь приказал: «Подойдите в центр и посчитайтесь».
К счастью, с тех пор как Лань Ван Цзи расправился с волной ходячих мертвецов и увел в сторону могильщика, больше ничто не беспокоило их своим присутствием. Стук бамбукового шеста по земле также не возобновлялся и не доставлял им неприятности. Ученики собрались вокруг Вэй У Сяня и сделали перекличку. Все были на месте. Сперва Вэй У Сянь занялся Лань Цзин И и пощупал его лоб. Тот оказался немного горячим. Затем он дотронулся до лбов других юношей, вдохнувших порошок. То же самое. И наконец, Вэй У Сянь приподнял веки Лань Цзин И: «Высунь язык и скажи «ааа».
Лань Цзин И: «Ааааа».
Вэй У Сянь утвердительно произнес: «Ну что ж. Мои поздравления. Ты отравился трупным ядом».
Цзинь Лин воскликнул: «И с чем ты его тогда поздравляешь?!»
Вэй У Сянь ответил: «С приобретением нового жизненного опыта, конечно же. Будет что вспомнить в старости».
Отравление трупным ядом обычно случалось, когда человека кусал или царапал преображенный мертвец, или при контакте открытых ран с омертвевшей кровью. Заклинатели редко подпускают к себе ходячих мертвецов на расстояние укуса, поэтому никто не привык повсюду носить с собой склянки с противоядием от этой отравы. Лань Сы Чжуй  весьма встревожился: «Молодой господин Мо, а с ними ведь ничего не случится?»
Вэй У Сянь ответил: «Пока нет. Но вот когда яд попадет в кровь, разнесется ей по всему телу и, в конце концов, дойдет до сердца, то тогда их уже ничто не спасет».
Лань Сы Чжуй заикнулся: «Ч-что с ними станет?»
Вэй У Сянь сказал: «Все то же самое, что происходит с трупами. Если ты везунчик, то просто сгниешь заживо. А если же нет – то у тебя есть все шансы превратиться в нечесаного зомби, который развлекается лишь тем, что скачет туда-сюда до конца своих дней».
Отравленные ученики судорожно втянули в себя воздух.
Вэй У Сянь спросил: «Стало быть, вы все-таки хотите исцелиться?»
Все энергично закивали головами. Вэй У Сянь продолжил: «Хорошо, раз так, то слушайте внимательно. С этого момента вы все ведете себя, как следует, и делаете то, что я вам говорю. Все до единого».
Большинство юношей до сих пор не были с ним знакомы, но увидев, как Вэй У Сянь мог свободно называть Хань Гуан Цзюня именем, данным при рождении, словно они принадлежали к одному поколению или находились в близких отношениях, и припомнив,