Магистр дьявольского культа

бывший младше его самого, терпеливо и мягко пытался увещевать заблудшую душу, хотя сам он в данную секунду находился между жизнью и смертью, и даже предупреждал его об чудовищных последствиях, коими может обернуться избранный Путь. Милосердие, доброта и отзывчивость этого человека воистину не знали преград, и глядя на толстый слой белой ткани, обмотанной вокруг глаз Сяо Син Чэня, и вспоминая о всех испытаниях, выпавших на его долю, Вэй У Сянь не мог не сострадать ему.
Обычно лишь у юных и довольно неопытных учеников любопытство пересиливало отвращение и неприязнь к подобным извращенным методам. Вот и сейчас почти все юноши, кроме Цзинь Лина, державшегося в стороне с неизменным выражением презрения на лице, столпились у входа и в щель наблюдали за боем: «Ого!.. Ногти бумажной женщины – просто жуть! Один удар – и сразу пять ран!»
«Интересно, а почему язык девочки такой длинный и жесткий? Она – призрак висельника?»
«А мужчина и вправду силач! Гляди, сколько трупов он поднял за раз! О, он собирается швырнуть их оземь, смотри, смотри!.. Бросил – и переломал им все кости!»
Дослушав теплую и сердечную речь Сяо Син Чэня, Вэй У Сянь взял последнюю миску с клейким рисом и протянул мужчине: «Яд уже слишком разошелся по крови. Эта каша может немного облегчить твою участь, но может оказаться и вовсе бесполезной. К тому же, на вкус она так себе… Хочешь рискнуть? Если же ты не хочешь жить, то тогда просто забудь, что я сказал».
Сяо Син Чэнь обеими руками схватился за миску: «Конечно же, я хочу жить. Если есть возможность спастись, то нет причин пренебрегать ею».
Однако едва каша достигла языка Сяо Син Чэня, уголки его рта непроизвольно задергались, и он крепко сжал губы, всеми силами стараясь не выплюнуть угощение. Через некоторое время мужчина сглотнул и учтиво поблагодарил Вэй У Сяня: «Большое спасибо».
Вэй У Сянь повернулся к юношам: «Вы слышали? Слышали, что он сказал? А вы только и знали, что жаловаться и плеваться, наслаждаясь моим кушаньем!»
Цзинь Лин хмыкнул: «Твоим кушаньем? Напомни-ка мне, что ты сделал, кроме того, что бездумно накидал в котел всяких подозрительных штук?»
Сяо Син Чэнь добавил: «Знаете, я тут немного подумал… Все же, если бы мне пришлось есть вашу кашу каждый день, то я предпочел бы смерть».
Цзинь Лин разразился громким хохотом, ничуть не пытаясь сдерживаться, и даже Лань Сы Чжуй тихонько прыснул со смеху. Вэй У Сянь молча обернулся, намереваясь взглянуть на них, и Лань Сы Чжуй поспешно принял серьезный вид. Тут раздался полный восторга голос Лань Цзин И: «Все кончено. Все трупы уничтожены. Мы победили!»
Сяо Син Чэнь тут же отставил миску в сторону: «Осторожно, не открывайте двери. Боюсь, могут прийти еще…»
Вэй У Сянь сказал: «Не убирай свою миску. Доешь все, что осталось». С этими словами он подошел к деревянной двери и заглянул в щель. После нечеловеческого побоища лишь редкий туман и пурпурно-красный порошок витали в воздухе. Трупный яд постепенно рассеивался. Группа бумажных манекенов не спеша обходила улицу дозором, и, если среди кусков трупов, усеявших землю, находился тот, что до сих пор шевелился, они свирепо втаптывали его в грязь, пока от тела не оставалась лишь бесформенная масса плоти, смешанной с пылью. 
Помимо этого, на улице стояла тишина. Новых ходячих мертвецов пока не предвиделось.
Но стоило Вэй У Сяню немного расслабиться, как до его слуха донесся еле заметный шум, исходящий откуда-то сверху. 
Шум звучал почти неуловимо для человеческого уха и напоминал стремительные шаги по крыше, однако движения идущего были пугающе легки, поэтому едва различались. Вэй У Сяню удалось ощутить слабые трения между черепицами лишь благодаря природному чутью. Безусловно, и Сяо Син Чэнь, будучи слепым, также почувствовал волнения и предостерег: «Сверху!»
Вэй У Сянь выкрикнул: «Врассыпную!»
В следующую секунду часть потолка главной комнаты рухнула вниз, образовав огромную дыру. Глина, мох и разбитая черепица хлынули на пол, но к счастью, большинство учеников успели разбежаться в стороны, поэтому никто не пострадал. Через мгновение из бреши в кровле появилась черная фигура и спрыгнула на пол.
Перед ними стоял высокий и статный мужчина, с абсолютно прямой спиной, одетый в черное облачение заклинателя и напоминающий  величественный кедр. За его плечами виднелась метелка из конского хвоста, а в руке покоился длинный меч. Лицо незнакомца было благородно и изящно, со слегка вздернутым вверх подбородком, выдающим в нем нелюдимого и гордого человека.
Однако зрачки в его глазах отсутствовали, и лишь мертвенно-бледная белизна плескалась на дне. 
Лютый мертвец!
Едва эта мысль пронеслась в головах всех присутствующих,