Магистр дьявольского культа

Цзян Фэн Мянь и Мадам Юй снова поссорились. Однако и ссорой это было сложно назвать, Мадам Юй со своей стороны рассерженно кричала, а Цзян Фэн Мянь все это время старался сохранять достоинство. Цзян Чэн ответил на вопрос Вэй У Сяня: «Он снова отправился в Орден Ци Шань Вэнь за нашими мечами. Как подумаю, что мой Сань Ду сжимает в своих грязных лапах какой-то пес из клана Вэнь, так просто…»
На его лице отразилось крайнее отвращение. Вэй У Сянь заметил: «Жаль, что души наших мечей недостаточно сильны; если бы они могли сами собой запечататься, никому бы не удалось даже извлечь мечи из ножен».
Цзян Чэн с издевкой произнес: «Вряд ли тебе удастся достичь этого даже спустя восемьдесят лет тренировок».
Внезапно несколько перепуганных юношей в смятении вбежали на тренировочное поле Пристани Лотоса с криками: «Случилась беда! Шисюн, шисюн, беда!!!»
Это были адепты, несколько минут назад отправившиеся за воздушными змеями. Вэй У Сянь немедленно вскочил с вопросом: «Что стряслось?»
Цзян Чэн тоже не остался в стороне: «Почему вас стало меньше? Где шестой шиди?»
В самом деле, ведь шестой шиди побежал на поиски раньше остальных, но теперь его не было среди адептов. Один из юношей, тяжело дыша, проговорил: «Шестого схватили!»
«Схватили?!»
Вэй У Сянь поднял с земли лук и с оружием в руках спросил: «Кто его схватил? И с какой целью?!»
Юноша отчаянно выкрикнул: «Я не знаю! Не знаю, почему его схватили!»
Цзян Чэн пришел в ярость: «Что значит — не знаю, почему его схватили?»
Вэй У Сянь спокойно произнес: «Перестаньте паниковать. Расскажи по порядку».
Юноша начал рассказ: «Только что… только что мы пошли искать змея, но он упал вон туда, очень далеко. Когда мы подошли к тому месту, то увидели группу людей из клана Вэнь, что было ясно по их одежде; среди них стояли и адепты, и слуги, а командовала всеми молодая женщина. В руках она держала воздушного змея, из которого торчала стрела. Увидев нас, она спросила, кому принадлежит этот змей».
Другой юноша продолжил: «Змей принадлежал шестому шиди, вот он и признался в этом. Тогда женщина вдруг разгневалась, закричала «Наглец!» и приказала своим подручным увести шестого!»
Вэй У Сянь спросил: «Это все?»
Юноши закивали, один из них добавил: «Мы спросили, за что они его уводят, но женщина без остановки выкрикивала лишь что-то вроде «мятежник», «вынашивал коварный замысел» и приказала своим людям взять шестого шиди под стражу. Мы не знали, что делать, поэтому поспешили обратно».
Цзян Чэн, выругавшись, воскликнул: «Хватают первого встречного без повода! Да кем они себя возомнили?!»
«Точно! Уму не постижимо!»
Вэй У Сянь прервал их: «Замолчите все. Думается мне, очень скоро люди клана Вэнь окажутся на пороге, нельзя, чтобы они услышали наши разговоры и прицепились к нам тоже. Лучше скажите вот что: у той женщины при себе был меч? Она красивая, с родинкой над губой?»
Адепты в один голос закричали: «Да! Это она и была!»
Цзян Чэн с ненавистью прошипел: «Ван Лин Цзяо! Эта…»
Как вдруг за его спиной раздался ледяной голос: «Что вы так расшумелись, ни дня от вас покоя не дождешься!»
Мадам Юй в пурпурном платье плывущей походкой приблизилась к адептам; чуть позади, слева и справа, ее сопровождали Инь Чжу и Цзинь Чжу в боевых одеждах. Цзян Чэн обратился к матери: «Матушка, люди клана Вэнь явились в Юнь Мэн и схватили шестого шиди!»
Мадам Юй сердито бросила: «Вы так орали, что я и так все расслышала. Ну и что с того, его ведь пока не убили, а ты уже скрипишь зубами от ненависти, разве так подобает вести себя будущему Главе Ордена? Возьми себя в руки!»
Договорив, она развернулась к воротам перед тренировочным полем. Более десятка адептов клана Вэнь, на одеждах которых горело палящее солнце, один за другим прошли через ворота. А следом за адептами, плавно покачивая бедрами, вошла женщина в цветном платье.
Она обладала грациозной осанкой и весьма привлекательной внешностью, ее взгляд то и дело заигрывал со смотрящим, а губы были подобны бушующему пожару; маленькая черная родинка над губой делала женщину еще более прекрасной. Вот только выглядела она как дешевка, поскольку вся сверкала и бренчала украшениями, словно страшно жалела, что не в состоянии нацепить на себя целую ювелирную лавку как доказательство покровительства знатного чина. Это действительно была Ван Лин Цзяо, которой Вэй У Сянь в Ци Шань отвесил такую затрещину, что из ее рта брызнула кровь.
Ван Лин Цзяо, поджав губы в улыбке, произнесла: «Мадам Юй, мы с вами вновь свиделись».
Мадам Юй ничего не ответила на это, словно считала, что лишняя фраза в адрес этой женщины загрязняет рот. Лишь когда Ван Лин Цзяо спустилась со ступеней