Магистр дьявольского культа

Цзяо не унималась: «Мертвый он еще страшнее! Что если он, как тогда и поклялся, обратится в свирепого призрака и вернется за нами…»
Ее слова вновь вернули обоих в тот день, освежив в памяти выражение лица Вэй Ина, от которого Вэнь Чжао и Ван Лин Цзяо прошиб озноб.
Вэнь Чжао немедленно возразил: «У мертвого и вовсе нет шансов! Души тех, кто погиб на горе Луань Цзан, навеки остаются заключенными там. Прекращай запугивать себя. Ты разве не видишь, что я не в настроении!»
Смяв находящееся в руке письмо, Вэнь Чжао выбросил его подальше и с ненавистью проговорил: «Что еще за Аннигиляция Солнца? Ерунда какая-то! Они собираются уничтожить солнце? Размечтались!»
Ван Лин Цзяо поднялась, осторожно налила Вэнь Чжао чаю, про себя подобрала слова, которыми можно было ему угодить, и заискивающим тоном проворковала: «Молодой господин Вэнь, ну сколько их там, этих кланов, пусть себе перебесятся, Глава Ордена Ци Шань Вэнь наверняка очень скоро…»
Вэнь Чжао разразился бранью: «Закрой свой рот! Ты ни черта не смыслишь! Проваливай вон, не досаждай мне!»
Ван Лин Цзяо, сдержав обиду и гнев в сердце, поставила чашку чая, поправила прическу и тонкое платье, в котором спала, скривилась в улыбке и вышла прочь.
Едва она скрылась за дверью, улыбка моментально сползла с ее лица. Ван Лин Цзяо развернула бумажный комок в руке. Покидая покои Вэнь Чжао, она незаметно подобрала то самое смятое письмо, которое он только что выбросил; женщина желала узнать, что же такого было там написано, от чего Вэнь Чжао пришел в такую ярость? Она знала совсем немного иероглифов; повертев клочок бумаги в руках и так, и сяк, лишь спустя долгое время она догадалась, что говорилось в письме: старший сын Главы Ордена Ци Шань Вэнь, старший брат Вэнь Чжао, Вэнь Сюй, был обезглавлен предводителем армии восстания, после чего голову убитого вывесили на ворота для запугивания клана Вэнь!
Ван Лин Цзяо застыла от ужаса.
Орден Гу Су Лань был сожжен, Орден Юнь Мэн Цзян уничтожен, а уж сколько мелких кланов заклинателей клан Вэнь подмял под себя — и вовсе не счесть. Не то чтобы ни один из них не пытался воспротивиться, но возмущенные голоса каждый раз немедленно замолкали, подавленные мощью Ордена Ци Шань Вэнь. По этой причине, когда три месяца назад четыре Ордена — Лань Лин Цзинь, Цин Хэ Не, Гу Су Лань и Юнь Мэн Цзян — объединились в союз, повели за собой армию восстания да еще навесили повсюду флаги какой-то «Аннигиляции Солнца», никто в Ордене Ци Шань Вэнь не воспринял подобное всерьез.
Тогда Глава Ордена Ци Шань Вэнь дал им свой ответ. Среди Четырех Орденов, поднявших восстание, Орден Лань Лин Цзинь был всего-то травой на гребне стены: куда ветер подует, туда она и клонится. Глядя на то, как другие кланы, расхрабрившись, подняли какой-то бунт, Орден Лань Лин Цзинь тоже решил поучаствовать. Однако раз за разом их ждало поражение, и глава Ордена очень скоро понял, что сам навлек на своих людей беду. Не ровен час, он скоро снова прибежит поклониться в ноги Вэнь Жо Ханю со слезами и криками «мамочка!». Глава Ордена Цин Хэ Не слишком жесткий, его не согнешь, но можно сломать. Долго он не продержится, не придется даже клану Вэнь прилагать усилия, рано или поздно он пострадает от рук своих же союзников. Орден Гу Су Лань сожжен дотла, а Лань Си Чэнь, возвратившийся, чтобы занять место Главы Ордена, — всего лишь мальчишка, ему не поднять столь непосильную ношу. Ну, а самое забавное — так это Юнь Мэн Цзян, весь их Орден не то уничтожен, не то разбежался кто куда; остался лишь Цзян Чэн — ребенок, еще младше Лань Си Чэня, у которого молоко на губах не обсохло! Ни слуг, ни соратников, а еще смеет называть себя Главой Ордена, нести флаг восстания, размахивая и призывая новых адептов под свои знамена.
Проще говоря, смысл послания Вэнь Жо Ханя заключался в следующем: мелкое облачко погоды не изменит, ваших сил не хватит, чтобы нам противостоять!
Все те, кто стоял под знаменами клана Вэнь, посчитали Аннигиляцию Солнца невероятно смешной шуткой. Никто и подумать не мог, что спустя три месяца ситуация изменится и получит развитие, полностью противоположное ожиданиям клана Вэнь!
Однако потери земель во время поражения в Хэ Цзянь и Юнь Мэне были не столь ужасны, как обезглавливание старшего сына Главы Ордена Вэнь.
Охваченная страхом Ван Лин Цзяо заметалась по коридору, затем, с беспокойным сердцем и подергивающимся глазом, бросилась в свою комнату. Одной рукой разминая напряженные веки, другую прижимая к груди, женщина начала обдумывать путь к отступлению.
Очень скоро исполнится полгода ее пребывания подле Вэнь Чжао. Полгода — предел времени, за который чувства Вэнь Чжао к одной женщине менялись от симпатии до отвращения. Вначале ей казалось, что она не такая, как