Магистр дьявольского культа

Цзинь Цзы Сюаня, то юноша, неизвестно — по причине ли мучений угрызениями совести, или же от того, что Госпожа Цзинь осыпала его бранью, — после Аннигиляции Солнца стал все чаще справляться о Цзян Янь Ли.
Сторонние наблюдатели, узнав об этом, в большинстве своем считали случившееся лишь недоразумением. Зачем теперь вспоминать о нем, когда все уже прояснилось?
Но Вэй У Сянь так не считал. Он всей душой ненавидел Цзинь Цзы Сюаня, этого разукрашенного павлина, слепца, который считал себя принцессой в мужском обличии, а о других судил исключительно по внешнему облику. Вэй У Сянь абсолютно не верил, что Цзинь Цзы Сюань, с его-то манией величия, признает собственную ошибку и вдруг проникнется чувствами к Цзян Янь Ли. Наверняка он всего лишь поневоле выполнял приказ Госпожи Цзинь, не в силах стерпеть ее яростную ругань.
Однако ненависть Вэй У Сяня к Цзинь Цзы Сюаню оставалась лишь его собственной ненавистью, и чтобы не поставить Цзян Янь Ли в неловкое положение, Вэй У Сянь сдержался от вмешательства. Лань Ван Цзи повернулся и посмотрел на него, словно ожидая объяснения, на которые у Вэй У Сяня не было времени. Он лишь поднес указательный палец к губам и тихонько прошипел «тс-с!», а затем продолжил наблюдение. Взгляд светлых глаз на секунду задержался на влажных полных губах, затем Лань Ван Цзи тоже отвернулся.
Цзинь Цзы Сюань тем временем развел руками заросли травы, обнажая крепкое туловище змеиного оборотня, наклонился к нему и заключил: «Мертв».
Цзян Янь Ли кивнула.
Цзинь Цзы Сюань добавил: «Змей-измеритель».
Цзян Янь Ли спросила: «Что?»
Цзинь Цзы Сюань объяснил: «Оборотень из южных варварских стран. В случае встречи с человеком внезапно встает вертикально и меряется ростом с жертвой. Оказавшись выше человека, пожирает последнего. Ничего особенного, он лишь выглядит пугающе».
Цзян Янь Ли, казалось, не понимала, почему он вдруг начал рассказывать ей все это. Правила требовали в подобной ситуации произнести пару подходящих фраз, вроде «Молодой господин Цзинь, вы весьма высокообразованны и талантливы», «Молодой господин Цзинь, вы столь невозмутимы и бесстрашны» или же иные банальные любезности. Однако все его слова являлись самыми элементарными общеизвестными вещами. И если бы девушка сейчас ответила ему что-то в таком духе, пожалуй, ее слова выглядели бы как лицемерная и беспримерно фальшивая лесть. Пожалуй, только Цзинь Гуан Яо мог бы произнести подобное с непроницаемым лицом, поэтому Цзян Янь Ли лишь кивнула в ответ. Вэй У Сянь подумал, что она, скорее всего, всю дорогу только и делала, что кивала.
Следом наступило неловкое молчание, прямо-таки пролетевшее сквозь траву и охватившее двоих наблюдателей в зарослях кустарника. Спустя некоторое время Цзинь Цзы Сюань, наконец, повел Цзян Янь Ли обратно, при этом продолжая вещать: «Змей-измеритель покрыт дополнительным панцирем из чешуи, острые клыки выпирают из пасти. Наверняка это искаженный вид. Простому человеку весьма трудно с таким справиться, он даже не сможет пробить стрелой броню монстра».
Помолчав, он добавил совершенно безразличным тоном: «И все же он ничего из себя не представляет. На этой охоте среди добычи вообще нет ничего достойного, что могло бы поранить адептов Ордена Лань Лин Цзинь».
Последняя фраза, в которой вновь слышалась неприкрытая гордыня, заставила Вэй У Сяня ощутить себя крайне неприятно, но тут он заметил, что Лань Ван Цзи внимательно смотрит на Цзинь Цзы Сюаня без всякого выражения на лице. Это показалось ему странным, и Вэй У Сянь проследил за его взглядом, после чего буквально растерял все слова, про себя подумав: «С каких пор этот напыщенный тип Цзинь Цзы Сюань стал ходить столь странно: левая рука двигается вместе с левой ногой, правая — с правой?!»
Цзян Янь Ли произнесла: «Лучше всего будет, если во время охоты действительно никто не поранится».
Цзинь Цзы Сюань ответил: «Какой смысл в охоте, на которой никто не пострадал? Если вы отправитесь в частные охотничьи угодья Ордена Лань Лин Цзинь, то сможете увидеть множество редчайших монстров в качестве добычи».
Вэй У Сянь мысленно фыркнул: кому нужно смотреть на твои охотничьи угодья!
Впрочем, к его неожиданности, Цзинь Цзы Сюань все-таки самовольно принял решение, о чем не преминул заявить вслух: «Как раз кстати, в следующем месяце у меня появится свободное время, чтобы отвести вас туда».
Цзян Янь Ли тихо ответила: «Премного благодарна молодому господину Цзинь за его доброту. Но вам не стоит утруждать себя».
Цзинь Цзы Сюань удивленно замолчал, затем с языка его сорвалось: «Почему?»
Как можно было ответить на такой вопрос? Цзян Янь Ли ощутила себя неуютно и лишь опустила голову.