Магистр дьявольского культа

не так».
Вэнь Нин тоже застыл и прошептал: «Барьер».
Вэй У Сянь сделал знак рукой. Вместе они бесшумно приземлились, отошли от главного входа к углу на противоположной стороне храма и осторожно полезли наверх. Спрятавшись за венчающей край стены статуей горгульи, они наконец заглянули во двор.
И ошалело уронили челюсти.
Храм Гуань Инь был заполнен людьми и мерцанием свечей. Половину присутствующих составляли монахи, а вторую — заклинатели в одеждах с клановым узором в виде Сияния средь снегов. Стояли они вперемешку, у всех имелись луки и стрелы на спинах и мечи в руках, словно им предстояло вот-вот дать бой, защищая что-то. Время от времени слышались тихие разговоры. Но благодаря особым маскирующим барьерам, установленным по всем четырем сторонам храма, снаружи казалось, будто внутри темно и тихо. Ни звук, ни свет не могли просочиться сквозь заграждение.
Однако сильнее всего поразил Вэй У Сяня не барьер, не заклинатели и не монахи. Его ошеломило присутствие человека в белых одеждах, стоящего в центре двора.
Лань Си Чэнь.
Лань Си Чэня ничто не сдерживало. Даже его меч и сяо, Ле Бин, были при нем на поясе. Он спокойно стоял среди толпы, а монахи и заклинатели обращались с ним с огромным почтением и даже отвечали на все его просьбы.
Вэй У Сянь какое-то время наблюдал, потом развернулся к Вэнь Нину и тихо произнес: «Немедленно возвращайся на постоялый двор и как можно скорее приведи Хань Гуан Цзюня!»
Вэнь Нин кивнул и испарился из виду. Вэй У Сянь не видел Цзинь Гуан Яо. Неизвестно, присутствовал ли он здесь и была ли при нем Стигийская Тигриная Печать. Немного поразмыслив, Вэй У Сянь укусил себя за палец и прикоснулся кровоточащей рукой к мешочку-ловушке для духов на поясе. Он хотел воспользоваться несколькими слабыми духами, чтобы незаметно призвать пару-тройку темных созданий. Как вдруг в конце улицы, ведущей к храму, послышался лай.
Вэй У Сянь почувствовал, как душа ушла в пятки.
Не в силах пошевелиться, он сдержал порыв сбежать как можно дальше и, дрожа, крепко обнял изваяние на стене. Лай все приближался, грудь Вэй У Сяня заполнял страх, и в мыслях он непрестанно звал: «Спаси меня, Лань Чжань, Лань Чжань, спаси меня!»
Само это имя, казалось, придало ему смелости, и поэтому Вэй У Сянь, продолжая дрожать, заставил себя успокоиться. Он изо всех сил молился, чтобы собака оказалась бродячей и как можно скорее куда-нибудь убежала. Но удача явно оказалась к нему не благосклонна.
Следом за лаем послышался чистый голос молодого бранившегося на всю улицу парня: «Фея, а ну заткнись! Хочешь среди ночи поднять все живое на этой улице?!»
Цзинь Лин!
Выражение лица Лань Си Чэня застыло. Большинство заклинателей ордена Лань Лин Цзинь прекрасно знали голос своего молодого господина. Они переглянулись и вложили стрелы в луки.
Довольно быстро голос Цзинь Лина приблизился к храму и прозвучал со стороны ворот: «Ш-ш-ш! Ш-ш-ш! Я тебя на мясо пущу, если продолжишь лаять! …Да куда ты меня ведешь?»
Сердце Вэй У Сяня бросилось вскачь от всестороннего ужаса. «Цзинь Лин, невезучее ты дитя! Убирайся отсюда, сейчас же!»
Но Цзинь Лину обязательно нужно было остановиться аккурат возле храма Гуань Инь. Фея непрестанно лаяла, крутилась на одном месте и рыла землю у стены. Цзинь Лин задумчиво протянул: «Здесь? — Помолчав, он постучал в ворота: — Есть тут кто?»
Тем временем заклинатели во дворе задержали дыхание и сжали в руках луки, направляя стрелы на ворота храма. Они ждали лишь приказа. Лань Си Чэнь же тихо произнес: «Не пораньте его».
Его голос не проходил через барьер вокруг храма Гуань Инь. Никто не расслабился, никто не опустил лук. Казалось, Цзинь Лин тоже понял, что что-то не так. Пусть даже в храме не наблюдалось ночного сторожа, Цзинь Лин стучал в ворота так сильно, что от грохота любой спящий уже бы проснулся. В любом случае, не должно было быть настолько тихо. Поэтому Цзинь Лин за воротами тоже притих. Не успел Вэй У Сянь облегченно вздохнуть, как из-за стены снова послышался собачий лай.
Цзинь Лин вскипел: «Эй, и чего ты бежишь обратно?»
Вэй У Сянь просиял: «Умница Фея!!!»
Цзинь Лин крикнул: «Фея! Вернись! Черт!»
Вэй У Сянь подумал: «Мелкий негодник, прошу тебя, проваливай куда подальше вместе со своей собакой!!! Умоляю!!!»
Не прошло и пары секунд, как Вэй У Сянь услышал почти неуловимый шорох падающей на землю пыли и каменного крошева. Поначалу он даже не опознал звук, но долей секунды позже Вэй У Сяня бросило в холодный пот: «О нет, этот сопляк полез на стену!»
А Цзинь Лин, забравшись наверх, увидел направленный на него целый двор стрел. Его зрачки сузились. Один из монахов, должно быть, никогда прежде не видел Цзинь