Магистр дьявольского культа

так прилежно стоишь на коленях».
Вэй У Сянь злорадствовал: «Еще бы, мне же не привыкать! А вот Цзинь Цзы Сюань наверняка нежный цветочек, которого раньше никогда не заставляли преклоняться. И не будь моя фамилия Вэй, если я не заставлю его стоять на коленях, пока он не начнет звать мамочку».
Цзян Чэн вдруг потупился, немного помолчал и тихо сказал: «Отец приехал».
Вэй У Сянь спросил: «А шицзе… Она не приехала?»
Цзян Чэн ответил: «С чего бы ей приезжать? Смотреть, как ты ее позоришь? И будь она тут – разве не встала бы она на твою сторону и не дала бы тебе лекарство?» 
Вэй У Сянь вздохнул: «И все же, жаль, что шицзе не приехала… В любом случае, хорошо, что ты его не ударил».
Цзян Чэн сказал: «Я собирался. Если бы ты меня не оттолкнул, то вторая половина лица Цзинь Цзы Сюаня была бы изрядно попорчена».
Вэй У Сянь фыркнул: «Пф! С перекошенным лицом он теперь уже не такой красавчик. Я слышал, что он особенно трясется над своим лицом, прямо как павлин. Интересно, что он подумает, когда увидит себя в зеркало! Хаахахахаха…» Вэй У Сянь заколотил по земле руками в приступе хохота, а затем заговорил вновь: «На самом деле мне все же стоило позволить тебе его ударить, а самому остаться в стороне. И тогда, может быть, дядя Цзян не приехал бы. Но я никак не смог сдержаться!»
Цзян Чэн слегка заворчал: «Если б да кабы».
Он понимал, что Вэй У Сянь, как всегда, ляпнул, не подумав, но все же его обуревали смешанные чувства, потому что он прекрасно знал, хоть и не показывал того, что слова Вэй У Сяня были более чем верны. 
Цзян Фэн Мянь никогда не спешил в другой орден и не добирался до места в один день ради Цзян Чэна, случись с ним что плохое или хорошее, крупное или мелкое. 
Никогда.
Вэй У Сянь заметил, что Цзян Чэн совсем погрустнел, и подумал, что тот все еще задет словами Цзинь Цзы Сюаня: «Иди уже. Лучше тебе не стоять сейчас возле меня, иначе опять придет Лань Ван Цзи и поймает тебя на месте преступления. Будет минутка – загляни к Цзинь Цзы Сюаню и полюбуйся, как по-дурацки он выглядит, стоя на коленях».
Цзян Чэн слегка удивился: «Лань Ван Цзи? Зачем он приходил? У него еще хватает духу смотреть на тебя?»
Вэй У Сянь ответил: «Да, я тоже подумал, что его мужество заслуживает восхищения. Скорее всего, его дядя приказал ему проверить, стою ли я на коленях, как положено».
Знакомое предчувствие беды охватило Цзян Чэна: «А ты стоял, как положено?»
Вэй У Сянь ответил: «В тот момент – да. Но когда он отошел на приличное расстояние, я нашел палку и начал рыть ямку, вон, у твоей ноги горка земли. В конце концов, я насилу смог отыскать муравьиный лаз. Тут, как по заказу, он обернулся, увидел, что мои плечи трясутся, и наверняка подумал, что я плачу. Он даже вернулся, чтобы утешить меня. Видел бы ты его лицо, когда он понял, что я просто-напросто отрыл муравьиный лаз». 
«…»
Цзян Чэн сказал: «Сейчас же собирайся и возвращайся в Юнь Мэн! Не думаю, что он еще хоть когда-нибудь будет способен вынести твое присутствие».
Той же ночью Вэй У Сянь упаковал свои вещи и вернулся в Юнь Мэн вместе с Цзян Фэн Мянем.
Примечания:
Автор вновь делает отсылку к стихотворению. На этот раз нам удалось найти русский вариант в переводе человека под ником papahuhu. Автор – Цзы Дао.
Спросил слугу младого под сосной,
В ответ: «Ушел учитель за целебною травой».
«Он здесь, вот этих гор среди…»
«Туман густой, то место не найти…»
От последней строчки как раз и пошло название «Облачные Глубины».
Обычная практика в китайских школах – читать вслух во время утренних занятий, чтобы лучше запомнить материал.
Сяо — традиционный китайский духовой музыкальный инструмент, открытая продольная флейта с закрытым нижним торцом.
Два нефрита – это выражение означает двух людей, которые очень хороши в чем-то на примерно одинаковом уровне. 
Башня Кои: Кои – порода китайского карпа.
Цзинши – дословно: тихая комната.
Дословно: погасить пламя порока. Это может быть и отсылкой к китайской медицине, и намеком на распространенный термин из китайских яойных новелл, означающий желание семе. Каждый волен думать в меру своей испорченности 😀
Это известная китайская поговорка: один человек закопал в земле три сотни таэлей и на этом месте установил знак «Трех сотен таэлей здесь нет». Означает, что кто-то слишком очевидно пытается оправдаться и нелепо врет.
Цунь – китайская мера длин, примерно 3,73 см.
Сюн – суффикс, означающий «старший брат». Поскольку в Древнем Китае было невежливо называть друг друга просто по именам, использовали этот суффикс, чтобы выразить свое уважение, особенно по отношению к старшим. 
Распространенная