Я сбежала от вынужденного замужества в академию, с боем отвоевала место библиотекаря и поверила, что все наконец наладится… Но странная любовная лихорадка, захватившая академию, нарушила покой ректора, а заодно и мои планы. Теперь вместо того, чтобы наслаждаться жизнью, мне придется остановить это любовное безумие. Разобраться, есть ли среди наведенных чувств настоящие, а главное — спастись от ненавистного жениха, сумевшего отыскать меня даже в другом государстве.
Авторы: Купава Огинская
из него вышел ничуть не хуже… И ему совершенно точно не светило стать среднестатистическим!
– Прошу прощения. – Некромант не выглядел смущенным. – Но от слов своих не отказываюсь.
***
Окажись знакомство с профессором единственным шокирующим происшествием, я бы с чистой совестью могла считать день удачным… если бы не ректор, его подозрительные взгляды и неодобрительно поджатые губы.
– Мне кажется, госпожа библиотекарь, я совершил большую ошибку, взяв вас на работу, – заговорил он, когда мы покинули подземелье, вернувшись в теплый и солнечный день.
Что я могла сказать в ответ? Только какую-нибудь глупость, которая бы все только больше испортила. Потому я промолчала.
И пожалела об этом сразу же. Лучше бы глупость какую сказала и ректора разозлила. Ну наорал бы он на меня, так не страшно. Пережила бы как-нибудь.
Зато не заледенела бы после его слов:
– Я бы хотел видеть документы, подтверждающие ваш брак с тем стражником.
Пожалела о том, что мы так быстро сожгли подделку, я мгновенно.
Тогда я считала себя осторожной и предусмотрительной, а теперь кусала губы и не знала как быть.
– Я могу узнать зачем? Вы просили привести мужа, я привела, вы взяли меня на работу… Что изменилось? Если вас беспокоит предложение профессора Гортама, позвольте вас успокоить: я бы никогда за него не вышла.
– Потому что вы уже замужем? – не скрывая иронии, спросил магистр.
Потому что я навсегда зареклась связывать с кем-нибудь свою жизнь, зло подумала я, но ответила безопасное:
– Да.
– И все же прошу принести документы, – не желал отступать магистр. – Мне стоило просить их сразу, не отвлекая вашего мужа от работы…
– Вы мне не доверяете? – спросила я прямо, чувствуя, как тревога, пока еще несильно, колет нутро.
– Лишь хочу исправить свою ошибку.
Проводив до дверей библиотеки и напомнив о своей просьбе, Гэдехар ушел, оставив меня в ужасном положении.
Спасло меня от неизбежного увольнения лишь то, что осложнить мою жизнь ректор решил в самом конце недели.
Потому в свой первый законный выходной я стояла перед отделением городской стражи и собиралась с духом, чтобы войти внутрь.
Благодаря Дасти я точно знала, что сержант сегодня на посту… Для этого мне, правда, пришлось вчера вечером полтора часа наблюдать за тем, как красная плесень, помещенная в толстостенный стеклянный аквариум, наползает на грязную посуду, очищает ее и опадает на дно.
Действо повторялось трижды.
Дасти загружал посуду на специальную стеклянную решетку и отходил. Плесень, выждав немного и удостоверившись, что опасности нет, неторопливо взбиралась по стенкам аквариума, скрывая от наших глаз происходящее.
Посуда очищалась, а на кухне больше не было завалов. Мусора, кстати, там тоже почти не наблюдалось…
Соседство с плесенью, безусловно, шло на пользу его квартире.
Дасти был в восторге.
– Представляешь, она ест почти все. Бумагу, дерево, любые продукты. Даже ткань! – вещал он, с нежностью глядя на занятую делом плесень. – Не трогает керамику и стекло. Железо ей вроде тоже не интересно. Но первая решетка была железной, и она проржавела буквально за два дня. Хотя столовые приборы целы.
Когда демонстрация исключительных талантов была завершена, Дасти ответил на все мои вопросы и отпустил с миром, на прощание посетовав, что я так и не выпила свой чай…
Не знаю, сколько бы я стояла так в нерешительности, гипнотизируя взглядом двустворчатую массивную дверь, но ветер сегодня был неожиданно злым, а моя белая блузка с модным нынче бантом совсем не спасала от холода.
Готовясь к встрече с сержантом, я как-то не учла непостоянство осенней погоды.
Очередной порыв стылого ветра пробрал до костей, и я поспешила войти в здание. Взбежала по невысокой лестнице в три ступени, толкнула дверь и ввалилась в светлое фойе. Безлюдное и тихое.
Дежурный стражник сидел за перегородкой слева от входа, лениво перебирал бумаги и моему появлению был совсем не рад.
Я это чувствовала и на всякий случай широко улыбалась.
– Добрый день! – Я выглядела просто запредельно дружелюбной, моей жизнерадостностью можно было убивать. – Я к сержанту Нирею.
– К Нирею, – сонно повторил стражник, не отрываясь от перекладывания бумажек. – По какому вопросу?
На мгновение я растерялась, не зная, что ответить… ну не правду же, в самом деле.
– По личному, – проговорила не очень уверенно.
И стражник встрепенулся. Отвлекся от своих дел, внимательно и очень заинтересованно меня осмотрел и неожиданно бодро ответил:
– В данный момент сержанта
