Обычного парня с обычной судьбой и обычным именем Макс похитили инопланетяне, для того, чтобы он стал магом и защищал корабль космического авантюриста, торгующего информацией. Хорошо это или плохо? Да не важно! Ведь тот, в чьих жилах течет кровь древних магов, в силах сам вершить свою судьбу. Нужно только немного терпения и упорства, чтобы развить скрытый талант и выковать характер.
Авторы: Радов Анатолий Анатольевич
дорожка синих и красных огоньков, один из мониторов повернулся. Мешкообразный бросил на него взгляд и продолжил нажимать на кнопочки вслепую, действуя, как пианист-виртуоз. Длилось это минут пять, после чего, довольно выдохнув, Цашкгар повернулся к нам и удивлённо спросил.
— А что ж вы не присели? Присаживайтесь. Ждать-то долго ещё. Не меньше трёх часов.
— Спасибо, вы уже предупреждали. Три часа это ничего, — кивнул я и мы с Надией с комфортом разместились на чёрном, обитом кожей диване у одной из смежных к выходу стен.
Цашкгар снова занялся кнопками, провозился минут двадцать и наконец отвернулся от камеры и установки-робота.
— Ну, в основном всё, — торопливо заговорил он. — Больше моего присутствия здесь не требуется. Сейчас прибор проводит сканирование, потом начнётся медленное размораживание с постоянным мониторингом состояния пациента. Процесс не быстрый. Может пока переместитесь в комнату ожидания? Там намного удобнее…
— Да и здесь неплохо, — невозмутимо бросил я и похлопал ладонью по обивке. — Диванчик просто воплощение мягкости и уюта. Не подскажите, где брали?
— Диванчик? А-а, диван брал тут, в мегацентре, «Карбантрак», известная на нашей планете торговая сеть, — немного рассеянно пробормотал Цашкгар. — Со скидкой двадцать процентов он обошёлся мне в полторы тысячи кредитов…
— Всего?! — воскликнул я. — Да не может быть?!
Цашкгар кивнул и стал с жаром рассказывать мне обо всех своих последних покупках. Но долго продержать его рядом я всё равно не смог. Спустя минут десять он всё же решил подняться наверх, и я, незаметно кивнув Надии, увязался за ним. Нужно было проследить, не попрётся ли этот хлыщ к коммутатору? Именно туда он, гад, и заспешил, хваля меня по пути за подсказку, как расправиться с конкурентом.
— У него нет таких связей, как у меня. Уверен! То же мне — выскочка! Он хочет подмять меня? Меня, который занимается этим бизнесом тридцать циклов?! Сейчас я свяжусь со знакомым лейтенантом цептерии…
— Господин Цашкгар, скажите, а что у вас есть с тиатрокватином? Может пока длится разморозка, я успею поставить себе что-нибудь полезное?
— Поставить? — он непонимающе уставился на меня, но очень быстро его лицо просияло. — Да-да. Вы имеете в виду импланты. Конечно же, есть и с тиатрокватином. У старика Цашкгара есть всё.
— Всё? Тогда может найдётся и дээна 330? Для улучшения реакции. Ну там — ускорение импульсов…
— У вас устаревшие представления о данном процессе, господин Арвартер, — нетерпеливо перебил он и потёр ладони. — Я бы даже сказал — доисторические какие-то. Уже давно известно, что на скорость реакции влияет отнюдь не порог раздражения. Чипы, регулирующие порог не производятся почти четыреста циклов. Господин Арвартер, вы откуда свалились… — он запнулся. — Извините, неуместное веселье. Вот вы же сами спрашиваете про дээна 330, а он устроен совсем по-другому, исходя из того, что не порог раздражения влияет на скорость реакции, а время, в течение которого двигательные нейроны получают информацию от нейронов сенсорных. Если сказать проще — мозг может сразу открыть контакт между двумя цепями нейронов, а может задержать передачу для каких-то целей — например, ради получения более полных сведений о раздражителе. А с помощью чипа вы сами можете контролировать это время. Понимаете?
— Не очень, — честно признался я. — Но вы, господин Цашкгар, как я вижу, прекрасно осведомлены о своём товаре. Редко, когда такое встретишь.
— Спасибо. Так вы, значит, хотите… — он нетерпеливо посмотрел в сторону стола, под которым размещался коммутатор.
— Всё зависит от цены.
Мешкообразный наконец-то полностью сосредоточился на мне, поняв, что я спрашивал не ради праздного любопытства.
— Чип дорогой, но я сделаю вам скидку десять процентов. И тогда его стоимость составит, — он поднял глаза и пошевелил губами. — Четыре сто.
— Может округлим?
— Уговорили, — он с улыбкой на лице кивнул. — Четыре тысячи частиц, и вы станете богом своей реакции.
— Однако, в пределах способностей организма, я правильно понимаю?
— К сожалению, — Цашкгар развёл руками. — Есть другие способы, но этим я, уже без всякого вранья, не занимаюсь. Слишком дорогое оборудование.
— Вы про наращивание нейронных сетей?
— Про него, про него, — кивнул он. — Это уже только в легальных центрах. Установка для оживления тоже не из дешёвых, но её я приобретал на наследство, оставленное мне любимым отцом, — он указал мне рукой на арку, ведущую в коридор и мы медленно двинулись к ней. — К сожалению, бизнес оказался не таким удачным, как я предполагал, — продолжил он по пути жаловаться мне на трудную судьбу. — Да и дело не только в покупке нейро-модуля. Там ещё и лицензия такая,
