Обычного парня с обычной судьбой и обычным именем Макс похитили инопланетяне, для того, чтобы он стал магом и защищал корабль космического авантюриста, торгующего информацией. Хорошо это или плохо? Да не важно! Ведь тот, в чьих жилах течет кровь древних магов, в силах сам вершить свою судьбу. Нужно только немного терпения и упорства, чтобы развить скрытый талант и выковать характер.
Авторы: Радов Анатолий Анатольевич
агрегат может сделать, кхм, землянку?.. Не в смысле яму, накрытую брёвнами, а в смысле женщину.
— А зачем тебе? — глупо спросил искин, и я не зная, что ответить просто развёл руками и выдал своё твёрдое:
— Хочу.
— А-а, понятно, — протянул голос спустя нескольких секунд обдумывания моего ответа. — Ты имеешь ввиду живую?
— Ну-у, знаешь, — я хохотнул, — Никогда не замечал за собой склонности к некрофилии. Конечно живую! Параметры такие — рост метр семьдесят примерно, вес пятьдесят два — пятьдесят пять, лицо правильной формы, красивые глаза, желательно серо-зелёные, носик прямой небольшой, губки пухленькие, грудь… ну, скажем второй размер с такими небольшими розовыми сосочками, форма правильная, в смысле, чтобы в стороны сильно не торчали и не висели, как уши спаниеля. Округленькие такие и высокие. Я про грудки сейчас. Теперь про остальное. Попка изящная, талия чтоб была не больше шестидесяти пяти сантиметров… так, что ещё… А-а, пупок чтобы не торчал наружу… Ну и сама эта… ну ты понял про что я, тоже розовенькая, не люблю тёмные…
Остановил меня дикий гогот искина, и я недовольно нахмурился.
— Что такое? — спросил с сильным возмущением, и голос прекратил смех.
— У меня есть информация по вашему миру, но насчёт ваших самок, увы… Поэтому я не совсем представляю то, что ты описал. Хотя, нет, представляю. Чем-то напоминает джериек. Этих я видел пару раз на своём борту.
— Джерийки? — переспросил я. — А это кто такие?
— Джерийки — раса третьего поколения, живут в седьмой Галактике Союза, развиты не очень сильно, владеют тремя планетами, имеют магические способности, но какие-то странные… — искин осёкся. — Впрочем, эта информация для тебя пока закрыта. Давай, приводи себя в порядок и бегом в пилотный отсек. Великий Гуур уже приказал тебе явиться.
— Чёрт, — ругнулся я и медленно поднялся. Вроде мой «меч» слегка расслабился, так что не особенно видно.
Я подошёл к чудо-агрегату и, покопавшись в меню, нашёл средства гигиены. Так: мыло, зубная паста, щётка, полотенце, что ещё? А да, тазик с водой же, температура градусов 40–45. Чего ещё? Вроде всё. Так, прангаршуур — это вроде полотенце на ваннирском, дуурга — это точно щётка, смешно, что я это знаю, хоть и не учил.
Через пару минут все необходимые принадлежности были передо мной, и я удивлённо взирал на них. Нет, ну надо же! Это же мечта любого нормального человека — вот оно, всё что хочешь, только ткни пальцем. Что-то не верится даже… Должен быть какой-то подвох, иначе как же так?
— Послушай, — обратился я к искину, закончив с чисткой зубов и наслаждаясь мятным вкусом во рту. — Ну если этот агрегат может сделать любую вещь, то зачем вообще… В смысле — зачем вообще нужно что-то другое? Зачем нам лететь за вашим рунитом? Давайте сделаем его в этом агрегате.
— Глупец, — презрительно бросил искин, и мне вспомнился Шерхан из мультика про Маугли. Я даже стал ожидать, что голос продолжит чем-то вроде — Кто же устоит против стада буйволов — но само собой, услышал другое. — Всё что производит этот агрегат, распадается на элементарные частицы по истечении половины микроцикла. Ты представляешь, сколько энергии заключено в связях между частицами?
— Примерно представляю, — зло буркнул я, но искин не обратил на моё бурчание никакого внимания.
— Разумеется этот агрегат не имеет в своём распоряжении столько же и поэтому он использует так называемую псевдоэнергию, изобретённую очень давно вархарнами. По количеству эргов в каждую секунду времени она равна настоящей, но на отрезке в половину микроцикла это значение у неё стремится к нулю. Могу дать тебе формулу, если хочешь изучить этот вопрос глубже.
— Нет, не нужно, — отмахнулся я. У меня-то и с Земной физикой не очень дружеские отношения были, не хватало ещё вархарновской себе голову забивать. — Я примерно понял. Так что насчёт женщины землянки? Ну, или джерийки этой твоей. Как раз нормально, на полмикроцикла. Можно постоянно новую делать с разными параметрами. Нет, то, что я тебе описал — это мой идеал, но иногда ведь и идеалы приедаются…
— Ты думаешь почему я поинтересовался в прошлый раз — живую или нет?
— Нельзя? — почувствовав интуицией засаду, выдохнул я и не ошибся. Искин мне кратенько рассказал о какой-то там жизненной основе, которую до сих пор не смогла отыскать ни одна раса, населяющая пространство Союза. Вот вроде не раз лепили как надо, создавали один в один клетку, и вроде та двигается, ест и даже размножается, но вот только неживая всё равно. Нет той самой жизненной основы в ней.
— У нас тоже какие-то коациновые капли делали, — вспомнил я о где-то прочитанном. — Те тоже двигались вроде, ели, по-моему, а вот насчёт размножения не помню.
— Да не может
