Обычного парня с обычной судьбой и обычным именем Макс похитили инопланетяне, для того, чтобы он стал магом и защищал корабль космического авантюриста, торгующего информацией. Хорошо это или плохо? Да не важно! Ведь тот, в чьих жилах течет кровь древних магов, в силах сам вершить свою судьбу. Нужно только немного терпения и упорства, чтобы развить скрытый талант и выковать характер.
Авторы: Радов Анатолий Анатольевич
Однако зеленоглазая уже прижимала дуло своего пистолета к его животу.
— Спокойно, ваннир. Мне всего лишь нужно, чтобы вы доставили меня на Сайгону. Я заплачу сколько нужно.
Гуур замер, потом очень медленно поднял свободную руку и как-то осторожно почесал подбородок.
— Мак, ты полный придурок. К каким таким троесосам ты притащил сюда джерийку?
Надо же, это и есть та самая джерийка?! Ну, о которой говорил искин.
Я широко распахнул глаза и уставился на красавицу. В номере горела такая же тусклая лампа бубликом, но здесь, в небольшом пространстве её света хватало с лихвой, и разглядеть мою случайную знакомую можно было со всей тщательностью. Лицо немного вытянутое, с аккуратным мягким подбородком, скулы чуть широковаты, но совершенно её не портят, а лишь делают лицо круглее, нос прямой, с тонкими нежными крыльями и острым кончиком, верхняя губка потоньше, нижняя прямо как у Анжелины Джоли, кожа чистая и на вид бархатистая. Волосы русые с пепельными, как будто мелироваными прядями обрамляют овал лица до половины, слегка сбившаяся и неровная чёлка закрывает полностью лоб, а сзади смешной хвостик перетянутый широкой чёрной резинкой.
А вот фигуру рассмотреть я не успел, потому как Гуур снова высказал мне своё негодование:
— Я тебя запру в твоей каюте на полцикла. Ты понял, раб?
Господи, то чего я так боялся — произошло.
— Не слышу ответа.
— Я понял.
— Я понял — кто?
— Я понял, хозяин.
— Он твой раб? — слегка удивлённо спросила зеленоглазая и посмотрела на меня совсем другим взглядом. — А мне сказал, что вольнонаёмный стрелок-защитник.
Хоть сквозь землю проваливайся, точнее сквозь тарнагу. Как стыдно-то… и обидно до слёз.
— Нет, он раб. Но выполняет функцию стрелка-защитника, тут почти не соврал, — ваннир хохотнул.
— Ладно, это неважно. Что насчёт того, чтобы доставить меня на Сайгону? Говори решение и цену.
— Ну-у, — лицо Гуура на пару секунд стало таким же, как перед нападением на кангийский грузовой корабль, но потом на нём мелькнуло недовольство. — У меня здесь есть незаконченное дело, так что, наверное, придётся отказать.
— Пять тысяч.
— Чего? — искренне заинтересовался Гуур.
— Частиц.
— Хм, — он снова неторопливо почесал подбородок, затем опустил глаза. — Может, давай уберём оружие? Как-то неправильно с ним заключать подобные сделки. Ты так не считаешь?
— Убирай первым. Медленно.
Я стоял не шевелясь, мельком поглядывая на джерийку. Смотреть прямо, после того, как мой статус был озвучен, желания не возникало. Не хотелось увидеть на себе её полный презрения взгляд. Девушка держалась очень спокойно, видно, что в таких ситуациях побывала не раз, а вот меня легонько трясло где-то внутри. И там, во дворе, и сейчас, потому что если отстраниться от спокойного тона с которым общались зеленоглазая и ваннир, то становилось ясно — напряжения между ними просто через край. Маленькая оплошность в словах или действиях и кто-нибудь кого-нибудь убьёт или покалечит.
— Теперь ты, — мягко проговорил Гуур, спрятав ручку в карман. — И тоже медленно.
Последнее он сказал скорее только для того, чтобы реабилитировать себя. Всё же стоит словно скованный, мычит что-то, видно — опасается этой бестии.
Но едва джерийка убрала пистолет в кобуру, ваннир с перекошенным лицом бросился вперёд и попытался вцепиться своими большими бледными ладонями в её запястья. Однако не тут-то было. Зеленоглазая резво подогнула ноги и, сделав кувырок через голову, подскочила с пола метрах в трёх от нападавшего, и уже не на линии его атаки. В её руке очень уверенно и в то же время элегантно лежала рукоятка пистолета. Внутри меня всё оборвалось. Вот сейчас — бах! — и бледнолицый будет мёртв, а потом она пристрелит меня.
Но зеленоглазая стрелять не стала.
— Спокойно, ваннир, — произнесла она с таким хладнокровием, что я невольно восхитился её выдержкой. — Десять тысяч частиц.
Выражение лица Гуура в мгновение ока приобрело благожелательный оттенок, и он замер с разведенными в стороны руками.
— У меня есть смутные подозрения, кто ты, — медленно проговорил он, и его губы расплылись в непонятной улыбке. То ли усмехается, то ли правда обрадовался чему-то. — Озвучить?
— И что это меняет? — джерийка пожала плечиками. — Я заплачу тебе пятьдесят тысяч, если ты вывезешь меня отсюда.
— Хм, — вот теперь улыбка стала явно победоносной. — А что если я откажусь? Как думаешь, сколько за твою голову готовы заплатить местные головорезы? Ну а о том, что они сделают с тобой, перед тем как её отрезать, рассказывать не нужно?
— Ты пока думай о том, что я сделаю с тобой, после того, как нажму на спусковой крючок «альтрима», —
