Магия

дюймах от Нэн. — Я забыла свою книгу. На самом деле я не могу ее найти. — Она рассмеялась, как будто это пустяк. — Во всяком случае это дает нам возможность уйти из класса, а завтра занятий не будет из-за встречи учителей.
Марва не обратила внимания на комментарии Пэт. Она крепко взяла Нэн за руку.
— Ты планируешь что-нибудь на завтра, Нэн?
Ничего, если тетя Элизабет что-нибудь не придумает. Крис будет в школе. Неожиданно мысль о том, чтобы весь день провести в квартире с Кларой или отправиться по магазинам с тетей Элизабет… Нет, завтра тетя Элизабет добровольно работает в больнице.
— Нет, — ответила она.
— А мы запланировали… — Взволнованный голос Марвы заставил Нэн оглянуться на нее, и она увидела, что другие две девочки внимательно на нее смотрят. — Вот что я тебе скажу. Можешь отправиться с нами.
— Но… — начала Карен. Однако произнесла только одно слово. Пэт исчезла из-за Нэн; должно быть, заставила Карен замолчать. Нэн подумала, что Карен не хочет, чтобы она знала планы Марвы. Ей снова стало неловко — она чужая. Но Марва еще раз стиснула ее руку, будто подбадривая.
Однако только днем, за ланчем, Марва объяснила.
— Моя мама говорит, что мы можем завтра пойти к «Ламли», — объявила она. — Она обещала дать мне денег на чайную комнату, и мы сможем там поесть
Пэт и Карен теперь следили за Нэн с каким-то особенным интересом. Пэт криво улыбнулась и кивнула
— Там распродажа конца месяца, — провозгласила Марва. — Видела утром их рекламу? Цепочки на шею дешевле в четыре раза. — Она рассмеялась.
Карен улыбнулась.
— Да. И тенниски тоже…
У Нэн было смутное ощущение, что за этим скрывается что-то другое. Она переводила взгляд с одного лица на другое. Какое-то воспоминание возникло в сознании. Нет, она не будет думать об этом — о том странном чувстве, когда она во сне смотрела не глазами, а как-то мыслями и сразу видела тайны. Но это был сон, и он не имеет отношения к тому, что происходить здесь и сейчас.
— Можешь пойти с нами, если хочешь, — говорила Марва. — Моя мама позвонит твоей тете, если хочешь. «Ламли» прекрасный магазин, особенно в дни распродажи.
Пэт снова рассмеялась, и Карен подхватила ее смех. Они что-то задумали, что-то непонятное; она в этом уверена. Но провести весь день в квартире, которая никогда-никогда не станет ее домом, слушать ворчание Клары — нет, этого она не хочет.
— Я спрошу, — согласилась она.

Тетя Элизабет не возражала против похода в магазин. И на следующее утро, когда в десять часов за ней, зашли Марва, Пэт и Карен, Нэн была уже готова. «Ламли» оказался недалеко, всего в пяти кварталах, и так как тетя Элизабет уже уехала в больницу, никто не заставлял Нэн брать такси.
Нэн бывала в «Ламли» дважды, но оба раза с тетей Элизабет. И видела только витрины и большую входную дверь. Ей казался немного странным этот поход с девочками, но Марва шла впереди уверенно, как будто для нее это привычное дело.
В магазине было много покупателей, Нэн толкали женщины, которые обращали внимание только на то, что выложено на столах и прилавках с красными ярлычками распродажи. Приходилось торопиться, чтобы не выпустить из виду девочек, и Нэн не потеряла их только потому, что на Марве было ярко-алое пальто.
Они направились прямо в отдел украшений, где на прилавке лежали груды цепочек и заколок, а с высоких подвесок свисали ожерелья. Нэн наблюдала, как Марва порылась в груде на столе, выбрала подвеску в виде большого яблока, того же цвета, что ее пальто, и подняла за блестящую цепочку. Пэт разглядывала заколки, а Карен смотрела, как Марва раскачивает яблоко, словно зачарованная его блеском.
— Как вы думаете? — спросила Марва, прикладывая подвеску к пальто, а потом снова отнимая. — С моим синим платьем…
— Здорово! — выдохнула Карен. — Просто здорово!
— Сколько? — спросила Марва у продавщицы, которая так неожиданно материализовалась по ту сторону прилавка, словно выросла прямо из пола.
— Дай-ка взглянуть. — Подвеска была искусно выхвачена из рук Марвы, и продавщица повернула маленький ярлычок, прикрепленный к цепочке. — Четыре доллара, это сниженная цена.
— Три доллара — и то слишком дорого, — рассмеялась Марва. — Спасибо. — И она отвернулась от прилавка с украшениями.
Нэн заметила заколку — кошачья голова, усаженная блестящими камнями. Посмотрела на цену на таком же ярлычке — три девяносто пять. Больше половины ее двухнедельных карманных денег. Жаль — заколка ей понравилась.
Почувствовав, как Пэт протиснулась мимо нее, Нэн положила заколку и отошла. После того как они побывали в отделах шарфов, теннисок и еще в нескольких интересных местах, она решила, что «Ламли» — слишком